Женские сказки – 2

Глянув на фотографии, захохотали все, даже постепенно возвращавшая нормальный цвет лица Аленка. С глянцевых кусочков бумаги испуганно таращила глаза Машка, рядом с нею добро улыбался ее муж, а вокруг выстроились семеро разномастных мужиков в косухах и банданах. Все они блистали зубами, браслетами, заклепками и перстнями, но самое главное – у всех были длинные волосы и как минимум усы…

– Ага, – заворчала Машка, – вам смешно! А эти братцы Семена утаскивают с собой 'прогуляться', а он потом то с фингалом придет, то с костяшками битыми, а я волнуйся, переживай.

Эх! Где вам понять!

– Да где уж нам, – меланхолично отозвалась Лилька, судорожно вцепляясь в пачку сигарет, лежащую на столе. – Думаешь, я от большого счастья этим зельем травлюсь? Артему боюсь показаться, от свекрови прячусь, от матери, и все равно курю? Ги убить хотели. Он дурак гордый стал – Петр отсрочки просил, а ему скорее хотелось денег побольше заработать, вот и сунул голову. Связался с отморозками, теперь вот в Финляндии своей сидит у отца под крылышком, голову высунуть боится.

– Лиль, а ты? – мягко спросила Василиса.

– А что я, я тут сижу, жду. Хорошо, дела не прикрыла, на помощницу оставила, а то бы пришлось сейчас в поломойки идти. Артемка большой уже, мама да свекровь по очереди сидят, а я кручусь, и жду!

Лилька резким движением смяла пачку и зашвырнула в дальний угол. Трепетная Васька подлетела, обняла, стала укачивать высокую, крупную женщину как малого ребенка:

– Тссс, тише, Лиля, все хорошо, ну подумай, ведь вы все живы, и сын с тобой.

А Ги, Ги вернется, вот увидишь! Он ведь тебя любит!

Васька присела на корточки и заглянула в покрасневшие Лилькины глаза:

– Девчонки, почему мы так быстро забыли, как мы встретили своих мужей? А? Растеряли тот свет, ту любовь, что с нами случилось? Я вот только случайно узнала, уже после свадьбы, откуда я Костин голос помню.

Васька отошла к окну и уставилась на колышущееся море зеленой листвы.

– У меня был рак, девочки, какая-то локальная форма.

Хотели ногу ампутировать, но я к тому времени совсем слабая была. А Костя интерном был в той больнице, уговорил профессора помочь с дипломом – удалить опухоль для изучения. Профессор справился, а у меня послеоперационный криз случился, поэтому и не помню ничего. Скрытая аллергия на гормоны. А он, оказывается, приходил, лечил, а тогда, в кафе узнал, и промолчал. Только после свадьбы признался.

Девчонки помолчали, такого не мог предположить никто.