Второй шанс. Книга 3

В назидание их держали тут же, в подвале, куда изредка приводили тех придворных, которые пытались скрывать правду.

– Так это вы натравили псов на леди Аннелору? – спросил я, устраиваясь в удобном кресле в «чистом» углу, предназначенном для следователя.

Вест дернул шеей, пытаясь увернуться от моего взгляда. Ухмыляющийся палач многозначительно показал ему раскаленную до алого свечения кочергу. Герцог сглотнул, потом выдавил, оправдываясь:

– Собаки должны были только напугать лошадь маркизы.

Допрос приносил плоды – новые имена и обстоятельства.

Тело Иниры так и не нашли. Да, кровь… да, разодранная одежда и волосы, но ни одной крупной кости или куска металла. Я просто не мог поверить, что моя соколица выехала на охоту без оружия.

Конечно, в лесу любое неловкое движение животного может привести к падению или удару об острые ветки. Я подозревал, что она была ранена, а потом? Что с ней сделали потом? Стоило мне подумать об этом, как кровь бросилась мне в лицо, и я схватился за железный стул, приготовленный для расспросов других участников заговора.

От немедленной смерти Веста спас Дикран:

– Если это так, – спросил он герцога, давая палачу знак обождать. – То объясните, как тело вашего племянника оказалось на тропе, по которой собаки гнали коня маркизы?

Вест потупил взор и просипел:

– Не знаю, в лесу было много охотников… может, он заблудился?

Дикран пошуршал бумагами:

– Егеря утверждают, что следы лошади маркизы перекрыты следами шести или семи всадников.

– Не знаю, – отрекся от приятелей герцог. – Мы искали леди Аннелору по всему лесу, должно быть кто-то заблудился и поехал по следам маркизы? Или просто кому-то захотелось провести несколько минут с ней наедине? – Вест похабно ухмыльнулся и подмигнул заплывшим глазом.

Я медленно наклонил голову, борясь с желанием прикончить ублюдка на месте.

Вест врал. Это видели все, но Дикран не спешил калечить представителя старейшего рода Вадерии, он собирал сведения. Повторял один и тот же вопрос на разные лады, взывал к совести и чести, а сам подспудно ломал гордыню аристократа. Вытягивал детали, подробности, оговорки, плел свою собственную сеть, тщательно записывая и зарисовывая схему движения охотников по лесу. Он что-то нащупал, что-то важное и я не смел ломать его игру.