Все дело в отваге

Казалось, он стал моложе. Матвею было знакомо это состояние. Он стиснул руль:

– Выходи!

– Ты чего? – опешил Ткач.

Еще не зная почему, но Матвей не хотел везти его дальше.

– Ты не пугай, брат, – повторился словами жены с заднего сиденья Рык. – Объясни, какая муха тебя укусила?

– Не надо ему с нами, – процедил сквозь зубы Кораблев, чувствуя, что, произнеся эти слова, он перешагнул какую-то запретную черту. Много слышал, что грех предсказывать судьбу. Издревле и церковь это не приветствовала. Оттого колдуны жили отшельниками, и люди их избегали.

В тот же момент его вдруг понесло:

– Чувствую, что нельзя тебе было сегодня вообще из дома выходить. Со смертью это как-то связано…

– Не каркай! – с угрозой в голосе предостерег Рык.

– Вагон поезда… – не обращая внимания на предостережение, пробормотал Матвей. – Ничего не понимаю, но потом не прощу себе, если не скажу. Точно…

– Какой вагон? – удивился Ткач. – У нас что, занятия на железной дороге будут?

– Не знаю, – растерялся Кораблев. – Действительно, чушь какая-то…

У них бывают тренировки и ученья на разного рода предприятиях опасного производства, атомных станциях, аэродромах, в портах или на вокзалах, но в обозримом будущем ничего подобного не намечалось.

– Слушай, ты вот, может, просто сказал, а человек себя сейчас накрутит, и точно беда случится, – предупредил Матвея Рык.

Он был прав. О нейролингвистическом программировании офицеры знали не понаслышке. Почти каждый освоил эти фокусы.

Матвей посмотрел на капитана в зеркало заднего вида, размышляя, ехать или все же высадить друга от греха подальше.

– А давай проверим? – неожиданно загорелся Ткач. – Я же предупрежден. Что, ты говоришь, произойти должно?

– Не знаю. – Кораблев уже стал жалеть, что начал этот разговор.

– Да ну тебя! – отмахнулся Ткач. – И кто мне разрешит контрольные занятия пропустить? Генерал потом сожрет.

– Как знаешь.

Неожиданно Матвей почувствовал облегчение. Он сделал свое дело, предупредил. А может, и правда, все это лишь игра воображения? Тем более Ткач по-своему прав.

* * *

Катя повернула в замке ключ и толкнула двери. Взгляд застыл на лежавшей посередине коридора женской туфельке с неимоверно высоким каблуком.

– Вадим! Ах! М?мм! – донеслось из спальни.