Тихая роща

– Как это?

– Ягиня Залесья и правительница лесная, – она двинулась ко мне, чуть переваливаясь с ноги на ногу, но при этом оставаясь женственной. – И та, кто варит суп из непослушных детишек.

– Вы, должно быть, шутите – я нервно хохотнула.

– Как знать, – Ягиня подняла руку и сняла перчатку.

Ее рука была черной, иссохшей и покрытой язвенными наростами. Желудок скрутило от подоспевшей тошноты. Я развернулась, чтобы скорее выбраться из дома и перебороть недуг, но цепкая лапка Ягини легла на мое плечо и до хруста сжала его.

– Негоже вот так убегать, не попробовав хозяйской еды, – хохотнула она.

Я повернулась и исподлобья посмотрела на ее бородавку. Заметив это, Ягиня провела по ней рукой.

– Что? Боишься?

– Нет, – соврала я.

– У всякой красивой женщины есть свой недостаток. Даже у тебя, – она с болезненным нажимом потрепала мои светлые волосы и, сжимая плечо, повела к столу. – У меня есть пироги с овощами и чай. Ты голодна?

Я не сводила взгляда с ее черной руки. Она напоминала конечность давно иссохшей мумии в музее, на которую я однажды смотрела.

Яга посмотрела на меня и хитро улыбнулась, прищурив глаза. Взяла маленький заварочный чайник и указала на стол. Только сейчас я заметила, что на нем стоят яства в плетеных корзиночках: пирожки, овощи, лесные ягоды. Желудок заурчал.

– Можешь не отвечать, я слышу, что голодна, – Ягиня взяла кружку и наклонила чайник. – Любишь покрепче?

– Не надо.

– Из Залесья нет выхода, – сказала она. Я вздрогнула, как от пощечины. – Не бойся, ночью нет выхода, – пояснила Ягиня, пододвигая ко мне чашку. – А днем тебе предстоит его найти. Если сможешь, конечно.

Я взяла чашку в руки и прикрыла глаза. Долгожданное тепло приятно грело руки, а травяной аромат нагонял сон.

– Пей, – Ягиня легонько дотронулась пальцами до дна кружки, чтобы поднять ее к моим губам.

– Но если отсюда нет выхода ночью, а днем его трудно найти, – забормотала я, оттягивая первый глоток, – как я смогу вернуться домой?

Ее губы растянулись в ласковой улыбке. Ягиня погладила меня по волосам.

– Отсюда никто не выходит, если я не позволю.

4

Я ставлю чашку на стол. Днище с громким стуком ударяется о поверхность стола. Сонливость стирается, как и мои сомнения.