Сгоревшая жизнь

Да не очень-то и хотелось, если честно.

Мы были с ней сестрами по крови, но не слышали ее голоса. В моей памяти сохранились лишь отдельные вспышки, высвечивающие нас вместе: я делаю ей прическу, используя все заколки, обнаруженные в доме. У сестры всегда были длинные густые волосы, и мне ужасно нравилось запускать в них ручонки. Наверное, мои маленькие пальчики рождали приятные ощущения, – я помню, как у Маши закрывались глаза, а я все дергала ее:

– Не спи!

– Да не сплю я, – огрызалась она и просила: – Продолжай.

Когда кремировали ее тело, волосы, наверное, вспыхнули и сгорели первыми? Длинные светлые пряди, похожие на мамины… Тела родителей тоже кремировали. Отца и Машу похоронили в Дмитрове рядом с нашим дедом – его отцом, чтобы бабушка, живущая в этом городе, могла навещать их. Ей это было нужнее, чем мне… А мамин прах мы с Артуром развеяли над ее любимым Черным морем. Ей хотелось этого. Вообще-то она мечтала жить там, а не покоиться, но Вселенной не всегда удается четко расслышать наши желания…

Я размышляла об этом, бродя вдоль книжных рядов ярмарки.

На сценах возникали знакомые лица: Андрей Усачев, Дмитрий Глуховский, Захар Прилепин… Интересно, если свести их за одним столом, у них найдется что-то общее? Я посидела бы с первым из этой троицы, хоть вроде уже и вышла из детского возраста. Но у него, по крайней мере, все в порядке с чувством юмора…

Время от времени я вытаскивала телефон и не могла удержаться от злорадства: Артур продолжал мне названивать и посылал сообщения:

«Сашка, что случилось? Я чем-то тебя обидел?»

«Саша, в чем дело? Где ты?»

«Эй, ты со мной не разговариваешь, что ли?!»

– И как ты догадался? – усмехнулась я и остановилась послушать грустного клоуна Славу Полунина – совсем уже дедушку с седыми лохмами и усталыми глазами.

Внезапно прямо у меня в ухе прозвучал знакомый голос:

– Цирк любишь?

У меня ослабели коленки – то ли от испуга, то ли от радости… Не поворачиваясь, я спросила:

– Как ты меня нашел?

Артур громко фыркнул:

– Использовал служебное положение.

– Ты отследил мой телефон?!

– Сама виновата. Что ты устроила?

– Развязала тебе руки. Ты же откровенно дал понять, как тебе не терпится от меня избавиться! Да я понимаю: очень тебе надо нянчиться со мной…

Его пальцы крепко сжали мой локоть, и Артур вытащил меня из толпы, собравшейся поглазеть на Полунина.