И все небо для нас

Обычно она часами нежится в ванне, распевая песни и играя с пеной.

И все же ей везет: она маленькая и от нее не пахнет как от взрослых, когда они потеют. Ей не нужно думать, куда и как идти, что делать, чем платить за еду и жилье.

Чем больше думаю об этом, тем сильнее мечтаю, чтобы мама вернулась к нам и мы зажили, как раньше. Я готова отдать все свободное время, выполнять хотелки сестры, если это вернет маму и нашу прежнюю жизнь.

* * *

В комнате Милы сталкиваюсь с новой проблемой. Как быть с ее одеждой? Она обожает свои наряды и наверняка устроит истерику.

– Мила… – Открываю дверцы шкафа и указываю взглядом внутрь. – Выбери самую любимую одежду. Остальную мы оставим здесь.

– Что-о? – Глаза сестры округляются. – Это моя одежда! Мне ее мама купила! Я хочу взять с собой все!

Мои футболки, рубашки и две пары сносных джинсов давно лежат в рюкзаке, больше брать нечего. Ну, или я не так повернута на внешнем виде, как сестренка. Когда-нибудь у меня сдадут нервы от ее капризов.

– Выбери три самых любимых наряда, – требую я.

– Нет! Я! Хочу! Все! – Мила забирается на кровать и прыгает. Ее светло-русые волосы мечутся вверх-вниз.

В такие моменты вспоминаю, что она мне родная только наполовину. Характером она угодила не в маму, а в своего отца, которого ни я, ни она никогда не видели.

– Если ты не выберешь одежду, я это сама сделаю! – Хватаю вешалки, и платья одно за другим летят на пол, разметавшись кружевами и блестками: розовыми, голубыми, зелеными.

– Нет! Ты злая! – хнычет сестра, но не плачет. Она кидается ко мне, вырывает вешалку с белым платьем и шлепается попой на одежду на полу. – Это все мое.

Вылитый Смауг[1 - Дракон, антагонист повести Дж. Р. Р. Толкина «Хоббит, или Туда и обратно». – Примеч. автора.]на горе золота, не иначе.

Дверь позади скрипит. Дядя заглядывает в комнату:

– Что-то случилось?

– Она хочет отоблать у меня вещи! – ябедничает сестра, тыча в меня пальцем.

– Мы не можем взять все это с собой.

– Да!

Иногда кажется, что она родилась, чтобы противостоять мне. То, что я люблю, ей не нравится, а то, что ненавижу, она обожает. Мы сходимся только в одном: обе любим маму, хоть она и воспитывала нас совершенно по-разному.

– Давайте отправим вещи почтой, – предлагает дядя.

– А так можно? – Глаза сестры сияют. Он кивает. – Ула!

Шумно выдыхаю, показывая недовольство.