И все небо для нас

Пока «дядя» прощается с мамой, я наблюдаю за ним. Соц-работница, дождавшись его возвращения, с явным облегчением передает ему какие-то документы.

– Вот, все готово. Провожу вас до дома. Нужно удостовериться, что точно заберете младшенькую, тогда и с формальностями покончим.

* * *

Приглядываюсь к Тихону. Сходство с мамой колоссальное.

Будто это она в мужском варианте: те же ярко-голубые глаза, нос с легкой горбинкой, широкие плоские губы, короткие темно-каштановые волосы. Даже ДНК-тест делать не надо – видно, что мы кровные родственники.

– И как ты собираешься забрать нас с Милой? – Перевожу взгляд с дяди на соцработницу и обратно. – Разве документы на опеку не оформляются месяцами?

Тихон скидывает рюкзак на локоть, достает полупрозрачную голубую папку с бумагами и протягивает мне:

– Я оформил документы заранее.

Хмурюсь, изучая строчку за строчкой. Теперь он наш опекун, деваться некуда. Кладу бумаги обратно в папку и отдаю:

– Дома обсудим.

Раз уж мама ему звонила, да еще и оставляла голосовые сообщения, если верить его словам… Лучше рискнуть.

Дядя пропускает соцработницу в автобус. Заходим следом, занимаем места и молчим до самого дома.

Под пытливыми взглядами взрослых вдавливаю кнопку звонка. За дверью слышится топот, но открывает соседка. Из-за нее выглядывает сестра.

– Вела, ну наконец-то! – Она выскакивает на лестничную площадку в тапочках и обнимает меня.

– Так вышло. – Треплю Милу по волосам.

Облегченно выдыхаю. Я приняла правильное решение, когда не взяла ее с собой.

– А это кто? – Сестра с любопытством разглядывает взрослых.

– Заходите, – предлагает соседка.

– Здесь я вас оставлю. – Соцработница жмет руку Тихону, а потом и мою. – Желаю удачи, Вера.

– Ага… – Сжимаю ее пальцы и тут же разжимаю.

Перестук каблуков эхом отдается в подъезде.

Дядя присаживается на корточки перед моей сестрой:

– Привет, Мила.

Она с любопытством смотрит на него, потом на меня. Рассеянно качаю головой.

– Очень плиятно. – Пока я размышляю, можно ли ему довериться, отвечает Мила.

Они улыбаются друг другу, и теперь видно их отдаленное сходство. И все же я ему не верю.

– Извините, мы пойдем к себе. Спасибо, что присмотрели за Милой.

– Пустяки, – улыбается соседка. – Твоя сестричка скрасила старческое одиночество.