И все небо для нас

* * *

С похоронами мне помогает соцработница. Кажется, она представилась и даже носит бейдж с именем, но я его не запомнила. Слишком много хлопот навалилось: нужно подобрать последний наряд для мамы.

Хоть я ничего не знаю о детских домах, не хочется даже думать о разлуке с сестрой. Беру мамин телефон и пролистываю список вызовов: большинство номеров не сохранено и глядят с экрана бело-красными полосками. Один из них попадается чаще остальных. Что это? Кому мама так часто звонила в последний месяц? И кто звонил ей?

Вздрагиваю.

Неужели папа?..

Руки дрожат, смартфон едва не падает на пол. Успокаиваю сердцебиение, отсчитываю три секунды и жму на вызов.

– Да? – звучит мужской голос.

– Кто это? – вырывается у меня. – Вы звонили моей маме… и она вам звонила. Часто. Кто вы?

Молчание.

– Алло? – стискиваю телефон.

Ладони потеют, в горле сухо, как в пустыне.

– Вера? Ты?

– Да.

– Меня зовут Тихон.

Сердце ухает в живот, а потом меня отпускает.

– Я твой дядя.

– Что…

Мама не общалась с родными, редко о них упоминала, а когда разговор касался семейных уз, она вскользь бросала: «У меня нет семьи. Больше не спрашивайте об этом».

– Как… – ничего более вразумительного с языка не сходит.

– Я уже в пути.

– Куда?..

– Надя попросила меня присмотреть за вами. Я знаю о Миле. Поэтому не волнуйся, я скоро буду в городе.

Мне должно стать легче, но каждая мышца плеч и спины напрягается.

– Почему я должна тебе поверить? Вдруг ты какой-нибудь мошенник или преступник?

– У меня есть аудиосообщения твоей мамы. Я дам тебе их прослушать, когда встретимся.

В груди колет. Прикладываю руку, хоть и знаю, что это не уймет боль.

Кошусь на закрытую дверь. Я до сих пор не сказала сестре правду. Мила играет в комнате на планшете, смеется. И что мне с ней делать?

Не успеваю высказаться, как дядя продолжает:

– Я заслужу ваше с Милой доверие, Вера.

И вешает трубку.

Опускаю телефон, вслушиваясь в тишину и вглядываясь в экран. Выходит, даже перед смертью у мамы появились тайны, в которые она меня не посвящала. Вытираю подступившие слезы, пока они не скатились по щекам и не оставили заметный след.

Не время поддаваться чувствам. Нужно думать о крыше над головой и новой семье.