Я тебе не подхожу

Будь проклят тот человек, который подсунул ему эту гадость. После пожара прошло уже шесть лет. И пять из них я живу в аду. Жить в одной квартире с наркоманом, которого всеми силами пытаешься вытянуть из этого дерьма, просто невыносимо для хрупкой двадцатипятилетней девушки. Хотя о чем это я? Хрупкой? Я давно перестала быть таковой. Нужно быть сильной. Ради брата, ради себя, в память о наших родителях. С детства родители водили меня в музыкальную школу. Я так сильно влюбилась в музыку, что до сих пор не могу от нее оторваться.

Работая учителем в музыкальной школе, я зарабатывала крайне мало, но при этом пианино было моим спасением от всех стрессов. Только перебирая пальцами клавиши, я погружалась в свою собственную медитацию. Начинала дышать ровно и забывала о том, что я живу в аду.

Вечно сидеть на скамье невозможно, домой все же придется идти. Я вошла в квартиру, тихо прикрывая за собой дверь. В надежде, что Егор не услышал моего прихода, я проскочила в свою комнату.

– Привет, сестренка, – брат облокотился на косяк двери.

– Привет, Егор, – ответила я.

– Мне нужны деньги.

– Ты же знаешь, у меня еще не было зарплаты, – я шла к своей комнате, но он преградил мне путь.

– Яна, мне нужны деньги. Дай мне две тысячи.

– Егор, пожалуйста, пусти меня в комнату.

– Ты взялась вести частные уроки у богатеньких?

– Откуда ты… – я поняла, что он слышал мой телефонный разговор, когда я давала согласие на занятия по фортепиано на дому с мальчиком из богатой семьи.

 – Хотя не важно. Да, я взяла эту работу. Егор, пожалей меня хоть немного. Я плачу за коммунальные услуги, приношу в дом еду. У меня нет средств на твои наркотики. Пять лет я, как в аду.

– Поплачь еще, – с усмешкой сказал мне брат.

– Иди к черту, – я толкнула его в сторону, и прошла в комнату.

– Завтра принесешь мне деньги, или я продам микроволновку. – Он ушел, а я заперлась в комнате. Замок на дверь комнаты пришлось поставить еще года три назад. Друзья моего брата чаще бывают неадекватными, поэтому обезопасить себя таким образом, было единственным выходом.

Я легла на кровать и закрыла глаза. Как же я устала. Просто устала. Сил не было ни на что. Есть не хотелось. Я понимала, что сильно похудела, выглядела достаточно жалко со стороны. Одежда на мне была старенькая и поношенная. Коллеги уже искоса поглядывали на меня. Спрашивали, не нужна ли мне помощь. Я всегда отказывалась, потому что не хотела, чтоб меня жалели.