Авернское озеро

– Кошмар, – поморщилась Соня, отвернувшись.

– Павел Васильевич спит и видит, чтобы Дэнькина голова была забита тем же самым.

– Может быть, он и прав…

– Ты можешь вообразить Дэньку торгующим углем?

– С трудом. Слушай, а если он будет продолжать меня преследовать?

– Дэнька? Преследовать? – Он сдавленно хохотнул. – Да ты что? Через день он про тебя и не вспомнит. Тем более когда узнает, кто ты на самом деле.

– А он узнает?

Он повернул к ней невозмутимое лицо, и Соня без слов поняла, что на этот счет можно не волноваться.

Глава 11

После обеда Денис предложил покататься на лодках и, схватив свою соседку за руку, первым выбежал из дома. От нахлынувшего гнева у Сони помутилось в голове, но чья-то рука придержала ее сзади и бережно усадила в кресло. Присев рядом, Андрей с тревогой заглянул ей в лицо и покачал головой:

– Ты много выпила. В жару лучше этого не делать.

– Это не из-за вина!

– Я знаю. Но зачем еще усугублять?

– Что я здесь делаю? Отвези меня домой.

Он угрюмо напомнил:

– Я тут ничего не решаю. Если Денис скажет, я тебя отвезу.

– Так пойди и спроси у него!

Чуть помедлив, Андрей поднялся:

– Хорошо. Я спрошу. Но если ты сейчас уедешь, твоя работа останется невыполненной. Так нельзя.

– Плевать я хотела на такую работу! – Она стиснула кулаки. – Беги, спрашивай разрешения у своего хозяина!

К его бледным щекам прилила кровь, и Соне показалось, что из носа сейчас вытечет густая темная струйка. Но ничего подобного не произошло.

Сжав губы, Андрей быстро вышел из дома. Шаги у него были особенно широкими и тяжелыми.

Приходя в себя, Соня оглядывала гостиную. В ее устройстве сказывалась неопределенность вкусов недавно разбогатевших людей. Развешанные по стенам картины были выдержаны в одной цветовой гамме, что, судя по всему, явилось основным принципом их подбора. Все остальное было светлых тонов, даже кожаные диван и кресла. Соня такие терпеть не могла. На камине были расставлены фотографии в блестящих рамочках.

Солнце поблескивало в них золотыми искрами, не давая разглядеть лица, среди которых должно было быть и лицо Дениса. Если остаться на ночь, можно тайком вернуться сюда и спрятать один из снимков под одеждой…

Что-то грохнуло сзади, и, еще не видя, Соня почувствовала его приближение – так пахнуло на затылок теплом. Денис перегнулся через кресло, и лицо его, на котором застыло виноватое выражение, оказалось перевернутым.