Джаханнам, или До встречи в Аду

Там был брусок тротила, провода и электродетонаторы. Висхан закрыл сумку и продолжил еду.

– Видал такие?

– Не, – сказал Висхан, – это что? Хозяйственное мыло?

Сергей помолчал.

– Есть один человек, – сказал он, – его проучить надо. У него универсам на улице Рылеева, 16. Этот гад хороших слов не понимает. Не знает, что делиться надо.

– А охрана у гада есть? – спросил Висхан.

– Какое тебе дело до охраны? Его надо предупредить, а не убивать.

На улице дул холодный не по-осеннему ветер, и когда они вышли, Сергей, запахивая поплотней полы кожаной куртки, спросил:

– А что, Висхан, ты правда веришь, что нас сотворил Аллах?

– Да.

– Не знаю. Меня как-то в детстве учили, что человек произошел от обезьяны.

– Русские, может быть, и произошли от обезьяны, – ответил Висхан, – а чеченцы произошли от волка.

* * *

Хабаровский коммерсант Александр Колокольцев созвонился с подполковником Усольцевым спустя неделю. Узнав, что тот в городе, он предложил отобедать в ресторане, и предложение было с готовностью принято.

На встречу хабаровчанин явился не один. Вместе с ним был невысокий человек с плоским лицом и вежливыми манерами. Человек двигался, как китаец, кланялся, как китаец, и хорошо говорил по-китайски.

Человека этого звали Эльдар Темиркаев, и он был чистокровный казах. В девятнадцать лет он окончил медресе в Уфе, три года воевал в горах Чечни и год провел в палестинских лагерях. После того как израильтяне объявили на него особую охоту, Эльдар уехал в Узбекистан (его взял в свою охрану один из руководителей Хизбут-Тахрир), а оттуда – в Синьцзян.

Усольцеву и приехавшему с ним начальнику Дома Армии Расула представили как Цзинь Кэ.

Все уже хорошо набрались, когда Саша Колокольцев вполголоса изложил свою проблему. Им предстояло доставить из Китая, с предприятия, торговым агентом которого и состоял господин Цзинь, три контейнера аппаратуры: черно-белые камеры, силовые и телекоммуникационные кабели, усилители сигналов, – словом, все, что требовалось для монтажа комплексной системы видеонаблюдения.

Первый из контейнеров пошел через таможенный терминал, принадлежащий чеченцу Руслану; а так как у терминала начались неприятности, господин Цзинь хотел бы найти новые пути доставки.