Дело о пропавшем боге

Слава богу, что тут в каждой провинции коверкают слова по-своему. Разве могло из этого получиться согласие? Видите – вон, витраж камнем разбит? Так это Роджерс запустил в Меллерта подсвечником. А Меллерт на следующий день взял G-датчик, своротил крышечку и плеснул туда соляной кислоты.

А то еще был случай – Келли все жаловался на то, что комната его дрожит. Все входят – не дрожит, он один остается – вибрирует. Мистика! Ир! А что оказалось? Рендолл, гонорис кауза, понимаете, взял две r-матрицы, подсоединил их к следящей системе, да и запаял получившееся изделие в потолок комнаты Келли.

Как только Келли входит один – система его распознает и начинается низкочастотная вибрация. Как несколько человек – матрицы отдыхают.

– А как это выяснилось?

– А выяснилось очень просто. Бьернссон хакерствовал в компьютере Рендолла да и нашел там эту программу.

Улыбнулся и добавил:

– Вот вы и полковник Келли считаете, что Ира похитили, чтобы переделать мир. А я так уверен, что если Ира похитили, и что это сделал землянин, то землянин этот теперь потирает руки и думает: «Ой, кайф! Вот стану сыном Ира – пожелаю, чтобы у Меллерта всегда был пересоленный суп, а Роджерсу прикажу покрыться зеленой коростой!»

– Ну хорошо.

Значит, в человеческих неполадках виноваты сами люди. А в машинных?

– Что?

– У вас отключались системы слежения. Вы можете поручиться, что это были шуточки Ира, а не Меллерта или Барнса? Кто у вас в монастыре успешно освоил смежную профессию хакера?

Ллевелин некоторое время растерянно смотрел на инспектора.

– Нет, – сказал он, – не могу.

– Ладно, – произнес Нан, – пойдемте посмотрим ваши записи. То есть то, что от них оставил Ир.

На полпути к главному зданию Нан обернулся.

– А кстати, – спросил он, – где держали арестованных? Ну, тот народ, который стражника замели в Иров день? Они же захомутали человек двадцать?

Ллевелин молча и со вздохом показал на приземистый каменный погреб метрах в стах от гостевого дома.

Записей было действительно немного.

Обрывались они в самом начале, с появлением в монастыре первых стражников, расчищавших дорогу важному начальству. А наружное наблюдение захватило и первую толпу. Показали телекамеры и лица незваных гостей-горцев.

– Слишком гордые лица для простых дружинников, – сказал Нан.

– По сравнению с крестьянином империи даже курица горца выглядит гордо, – заметил Келли.

– Запись-то шла до самого убийства, – сказал Ллевелин. – Это ее потом как языком слизнуло.