Дело о лазоревом письме

А если бы его ограбили на пути туда, варвары бы продолжали ждать причитающейся им платы и хранили бы верность империи!

Тут девица выпила еще вина, и глазки ее совсем разлетелись в разные стороны. Шаваш спросил:

– Осмелюсь полюбопытствовать: сам ли Иммани показал вас своему господину?

– Нет, – сказала девица, – это его товарищи: они частенько проводят здесь время, здесь и в «Красной тыкве» – это харчевня напротив.

– Неужели слуги господина Андарза, – удивился Шаваш, – настолько богаты, чтобы посещать подобное заведение?

Ибо заведение, как Шаваш мог заметить, было из числа самых дорогостоящих.

– Нет, – сказала девица, – но человек пять. Начальник охраны и домоправитель, еще Ласида, которого вот уже месяц нет в столице, да и сын господина Андарза, даром что юноша, трижды бывал здесь.

Шаваш вздохнул, поднял на девицу влажные глаза и пролепетал:

– А что за человек – секретарь Иммани? Похож он на Шан’гара или нет?

– Нет, – сказала девица, – они совсем разные люди.

Иммани – тот тебя зарежет из-за гроша. А Шан’гар – нет, этот тебя за грош не зарежет, а зарежет только за золотой.

Спохватилась и поглядела на Шаваша:

– А ты зачем спрашиваешь?

– Помилуйте, сказал Шаваш, – ведь от этих людей теперь зависит мое «я» – вот и спрашиваю.

– А, – сказала девица, – Шан’гар смешной человек. Варвар. Держит в сундуке наследственную секиру и рубит ей кур.

– А зачем? – спросил Шаваш.

– А зачем рубят кур? – изумилась девица. – Чтобы делать золото.

Он завел себе целую мастерскую, а потом Иммани донес на него, и выяснилось, что на всю эту алхимию Шан’гар потратил больше десяти тысяч, которые украл у хозяина. Андарз приказал ему выбросить все эти горшки.

– И что ж? Выбросил?

– Выбросил. И три дня плакал. А теперь он нашел в Белой Слободе какого-то чародея и ходит к нему.

Девица вдруг сняла с себя сережку.

– Видишь, сережка? Этот чародей сделал ему серебро, а Шан’гар подарил кусочек мне.

«Гм, – подумал Шаваш, – если Шан’гар умеет делать серебро и золото, вряд ли он станет красть у Андарза миллион ишевиков».

А девица между тем продолжала:

– Эти опыты пока очень дорогие. Шан’гар мне однажды пожаловался, что покамест это серебро обошлось ему впятеро больше против рыночной цены.

* * *

Когда новый судья Четвертого Округа Нан вернулся в свою управу, чиновники уже теснились с поздравлениями; во дворе было не протолкнуться от челобитчиков.