Тихий ветер

Устрашающие глаза комитаджа вновь обратились ко мне.

– Увы, никакой, – прохрипел он.

Мои руки дрогнули над ним.

– Тогда хотя бы пообещайте, – не зная зачем, попросила я.

– Если доберусь до своего полка, я верну вам брата. Клянусь! – прозвучал голос человека, который явно имел родство с самим дьяволом.

Гражданские боялись офицеров армии Кайзера, военные их ненавидели. Отчасти из-за их бессердечной расчётливости, отчасти из-за невероятной продуманности действий. Стратегии Чёрных офицеров были неразгаданным феноменом, который помогал захватывать мир со скоростью, непредсказуемостью и разрушительностью торнадо.

Ещё вчера я воспринимала такое толкование как миф, легенду, которую ненасытно обсасывают и бесстыдно вливают в сознание общества журналисты. Однако глядя в глаза одному из предводителей вражеской армии, чувствуя, как комок страха разрастается с невероятной скоростью, захлёбываясь в панике и жалких попытках унять дрожь, я понимала, что среди них есть те, кто и породил эти слухи.

И сейчас я заключала с одним из них сделку. Продавала свою совесть и честь ради призрачной надежды, что он вернёт мне брата. Итак, я – предательница.

– Сегодня я на дежурстве, – быстро заговорила я. – Когда выйду отсюда, вам станет плохо благодаря этой инъекции. Будет очень плохо. Начнётся лихорадка, наступит приступ. Вы отключитесь. Меня вызовут, и я найду поздние симптомы сепсиса. Лекарства нет. Но я сделаю ещё один укол, который якобы задержит заражение.

Чернорубашечник кивнул, и я выдавила содержимое шприца ему в вену.

– Это сильнейшее снотворное, – тихо продолжила я. – Наркотик. Вы уснёте так глубоко, что стук вашего сердца не будет слышен, а дыхание станет незаметным. Вашу «смерть» засвидетельствую я.

Взяв оставшиеся две ампулы, я непринуждённо коснулась его ладони, будто проверяя кровоподтёк. Лёгкое прикосновение обдало адским огнём.

– Постарайтесь не потерять, – прогоняя жуткие и неуместные призывы совести, продолжила я. – Когда очнётесь, выпейте их одновременно. Они нейтрализуют действие препарата и помогут пережить боль от сломанных рёбер, пока будете выбираться. Постараюсь сделать так, чтобы в морге вы провели всё время, пока будете в забытье.

Комитадж тут же сжал руку, пряча стеклянные сосуды.