Трущобы во дворце

– Ах, если бы! – звонко смеялась Саша и ее чуть завитые локоны прыгали из стороны в сторону, придавая всему облику, подчеркнуто кокетливый вид.

– Я живу недалеко… и если бы я мог каждый вечер возвращаться домой не один, а в вашей компании… – молодой человек дотронулся до волос Саши и чуть-чуть намотал один локон на свой палец.

Девушка даже не думала смущаться, но, сразу поняв, что конфеты – это слишком низкая цена за ее внимание, парировала:

– То же самое мне мог бы предложить и тот господин, – она кивнула вслед уходящему старичку, что уносил коробку с пирожными, которые ей так понравились.

– Но ведь он стар, а я свеж, – улыбнулся продавец.

– Свежими должны быть конфеты, – язвила Саша.

– А мужчины?

– Ну… у мужчин должен быть чин… статус… какое-нибудь состояние.

– А я всего лишь продавец. Вы это хотите сказать?

– Вы очень проницательны.

– Как жаль, – он шутливо вздохнул. – Как жаль, что мое юное тело и поющую душу променяли на седины, морщины и брюзжание графского дворецкого.

Несмотря на его дряхлость, вы предпочли его. А я уже собрался в вас влюбиться.

– О, не стоит. Я вовсе не ангел. В этой суровой жизни приходится выживать. Любой ценой. Так, вы говорите, этот господин – графский дворецкий? – Саша не считала нужным притворяться и маскировать свой внезапно возникший интерес.

– Да, Аркадий Степанович уже лет тридцать на этой должности и все в одном и том же семействе. Слыхали о графе Зуеве?

– Нет.

– Ах, да вам простительно. Он очень известен.

– Надо полагать.

– Видное семейство. Граф занимает высокую должность в министерстве иностранных дел, у них такой дом! Наверняка, этому дедусе он платит жалованье, какое мне и за полжизни не скопить. Ты не промах, крошка. Молоденькая, а глаз наметан.

– Интересно… – негромко протянула Саша, – а он женат?

– Граф? – засмеялся юноша.

– Нет. Старик, конечно.

– Уже прицелилась?

– Потише! – вскинулась девушка.

– Ладно, ладно, не сердись. Это я так… не со зла. Старик одинок, как луна на небе.

Не женат, не был и никого из родни не имеет. Даже отдаленных. Этот старый скряга копит денежки, чтобы унести с собой в могилу. Старая развалина, лучше бы мне оставил, я б свою собственную лавку открыл и торговал на себя самого. Видела, сколько пирожных он унес? И так каждый день. Это графская женушка уплетает их за обе щеки. Того и гляди, скоро сама засахарится.

– Ты не знаешь, им не нужна служанка или кто-то еще?

– Да, ладно! – усмехнулся молодой человек.