Очевидный выбор

Пусть сам приоткроет эту двери и покажет мне то, что сохранит эту связь между нами. Пусть между нами останется тонкая черта.

– Что ты хочешь знать?

Я размышляю, продолжая нашу прогулку.

– Когда ты понял, что хочешь стать шеф-поваром?

– Еще в детстве. Мы с мамой много готовили вместе. – в его голосе сквозит грусть.

– Она тоже повар?

– Нет, она была адвокатом.

Была.

– Она…

– Да, мама умерла пару лет назад.

– Мне очень жаль.

На пару минут мы погружаемся в молчание. Не этого я ожидала.

Хотя когда я получала то, чего хотела?

– Отец погиб, когда мне было шестнадцать. – почти шепотом добавляет он.

От его слов сжимается сердце. У него нет родителей. Так вот откуда был этот понимающий взгляд. Пусть мои и живы, но нас разделяет практически такая же пропасть. Что заставляет меня испытывать одновременно и сожаление, и благодарность. Сожаление о том, что чувствую, наши ситуации похожи, и благодарнось, за то, что возможно, у меня еще получится все наладить.

– Мне так жаль.

 – сдавленным голосом бормочу я, сдерживая слезы.

– Эй, – тихонько зовет он. – О чем ты думаешь?

– Думаю, что жизнь полна дерьма. И иногда я ее ненавижу.

Он почти смеется.

– Но и всего прекрасного тоже. – тут же добавляю. – Вот например, как этот вид.

Я показываю рукой на горящую вдалеке Эйфелеву башню, пожилую пару, что гуляет на соседней улице с собачкой, двух смеющихся подруг.

– За такие моменты я люблю жизнь.

– Как ты можешь одновременно любить жизнь и так её ненавидеть?

– Это вопрос выбора.

 – пожимаю плечами. – Я могу сколько угодно винить себя, карму, вселенную и Бога за все неудачи, а могу вспомнить, как громко смеялись мои друзья, когда я в одних трусах перебегала дорогу.

– Ну, или как ты без них танцевала на стойке. – тихо напоминает он.

– Об этом лучше не вспоминать.

Его смех растекается по воздуху, и я понимаю, что не могу оторвать от него глаз. Из тела разом уходит вся усталость, когда он вот так вот смеется. Почему мне так легко дышать рядом с ним?

– Что еще хочешь знать? – спрашивает он.

– Вы познакомились с Эммой, когда ты учился в Италии?

– Да.

– А где еще ты был?

– Китай, Испания, Индия, Швейцария, Англия, Америка…

– Ого! Но тебе всего…

– 26. Мне 26.

– Когда ты успел?

– Я много учился, работал. То тут, то там. Мне казалось, что если есть возможность, нужно ей воспользоваться. Я все еще так считаю, но теперь, когда у меня есть план, стало труднее.