Очевидный выбор

Я очень строг в этом плане, ты должна знать все ингредиенты каждого блюда.

– Конечно. Во сколько мне здесь быть?

– Смена начинается в девять, а закрываемся мы в половину первого. Но до открытия раньше одиннадцати тебе здесь делать нечего. Так что, приходи завтра к одиннадцати.

– Хорошо. – киваю я, и встаю. Двери кухни распахиваются, и мы оба видим Эмму.

– Тогда до завтра. – бросает мне Тристан и направляется к ней.

– А она не такая буйная, как ты мне рассказывала. – говорит он ей, как бы невзначай, и снова смотрит на меня с улыбкой.

 – Я даже немного разочарован.

Мои щеки вспыхивают, как китайский флаг. Какого черта?

Эмма прикусывает нижнюю губу, сдерживая смех, и идет ко мне с уже извиняющимся лицом.

– Как ты могла так со мной поступить?! – шепчу я. – Что ты там ему рассказала про меня?

Подруга кивает в сторону двери, и мы вместе выходим на теплую улицу Парижа.

Я скрещиваю руки на груди, посылая ей испепеляющий взгляд.

– Ну, выкладывай. – требую я.

Она спокойно достает пачку из кармана вместе с зажигалкой.

Закуривает и только потом начинает говорить.

– Я же не знала, что тебе вдруг понадобится работа.

– Это не оправдание. – с напущенным гневом бормочу я.

– Я только рассказала ему о забавных моментах.

– Например?

Она выдыхает дым, поджимая губы. И я уже чувствую, как мне не понравятся ее следующие слова.

– Ну, например, как ты переела клубники, и тебя пучило весь вечер. Был ажиотаж на кухне, ты не могла сходить в туалет, и не успев донести блюдо гостю…

– Не смей заканчивать.

Я очень хорошо помню, как чуть не умерла от стыда. Меня буквально разорвало на части посреди ресторана. До этого я и не знала, что мой анал такой хрупкий. – меня передергивает от одного только воспоминания. – А домой пришлось идти в запасных штанах Диего на пять размеров больше.

– Да, и они слетели с тебя, когда ты перебегала улицу. – смеется Эм. – Элиоту тогда понравились твои розовые трусики. Кстати откуда они у тебя были?

– Купила в тот день утром.

Они были новые.

Она сбрасывает пепел и снова затягивается.

– Что еще?

Она медлит.

– Эмма.

– Помнишь день рождения Элиота?

– Черт!

Я тогда была немного пьяна. Перепутала машины. И вместо того, чтобы сесть в машину Эммы, залезла в чужую.

– Это все текила.

– Ты заехала бедному мужчине по лицу кулаком, испугавшись.

– Откуда я могла знать, что это его машина? Он выглядел, как вылитый серийный убийца.