Это был конец Августа

Другие задавали ему много разных вопросов. Например, однажды я услышала, что он много путешествует. Последние несколько лет не задерживается на одном месте дольше, чем на пару месяцев. Еще он холост.

Вопросы не заканчиваются и по сей день. Неудивительно – отец редко принимает чужаков на своей кухне. Всем любопытно, кто такой Тристан Ревиаль. Я одна редко интересуюсь теми, кто не интересуется мной. Зачем тратить время, правильно?

– Вино. – выпаливаю первое, что приходит на ум. Он широко улыбается, убирает руки в карманы брюк и делает шаг ко мне.

– Значит, это, – он указывает на скудное пространство между нами. – личное?

Пожимаю плечами.

– Ну, мы ведь не на кухне.

Его взгляд заметно теплеет. Желтый свет фонаря за ним заливает нас светом так, что я замечаю зеленые крапинки в синеве его глаз.

– Так и знал, что ты далеко не тихоня.

Тихоня? Такое впечатление я на него произвела?

Из меня вырывается неприличный смех, и я рефлекторно прикрываю рот рукой.

– Рад, что не ошибся. – добавляет он.

Усмехаюсь, качая головой.

– Так зачем ты здесь? – возвращаю нас к предидущей теме.

Тристан вздыхает и продолжает идти вверх по улице. Я нагоняю его за пару шагов.

– Мне интересно то, как твой отец управляет кухней, понимаешь? Вы все как семья там.

– Это потому что половина и правда семья.

Он удивленно вскидывает брови.

Я улыбаюсь.

– Родственники родственников. Друзья друзей. Кого-то я знаю всю свою жизнь.

– Звучит как-то.., – пытается подобрать слово.

– Это называется дискриминацией по национальному признаку. – помогаю я.

Тристан прочищает горло, скрывая улыбку.

– Так кажется со стороны, да. – поднимаю взгляд к небу, вдыхая терпкий аромат раскаленных улиц. Я люблю этот город, но в последнее время мне здесь тяжело дышать. – Но на самом деле для папы просто важна семья.

– Но у него целая сеть ресторанов, – его брови сходятся на переносице. – неужели все работники и в других местах как-то связаны между собой?

Я многозначительно киваю.

– Только у моего папы семеро братьев и сестер.

Он присвистывает.

– Это…

– Дико?

– Необычно.

Для кого-то да. Но для меня это норма. Я выросла, зная, что есть те, кто всегда прикроют спину. Выросла в безопасности и любви.