Это был конец Августа

Удивительно, но при всех этих обстоятельствах я его не осуждаю. Просто вижу по его глазам – в той истории много боли, много сожалений. Не как у меня.

– Я начал отношения, чтобы забыть. – продолжает он тихим низким голосом. – Думал, что смогу забыть.

– Но не смог.

Он кивает, и мы оба пьем.

Я не пытаюсь узнать больше. Тот факт, что Тристан был в отношениях с той, кого не любит, говорит о многом. И громче всего о том, что есть та печальная часть, где он не смог быть с той, кому принадлежит его сердце.

– Никто в ресторане не знает, что мы расстались.

На его губах появляется грустная улыбка.

– Я никому не рассказывал о том, что случилось.

Мы снова пьем. Оказывается, мы оба сегодня хотели забыться. Так или иначе.

Понемногу тишина между нами становится успокаивающей. Настолько, что мне начинает казаться, будто мы знаем друг друга много лет.

– Знаешь, в чем ценность ночных разговоров? – спрашиваю я, крутя в руке бокал. Он отрицательно качает головой. Его губы снова складываются в едва заметную улыбку.

– Ночь забирает все секреты с собой. – откидываюсь на спинку стула и смотрю на него. – Ночью можно говорить, что угодно.

На его лице появляется одобрение.

– Ночные разговоры самые откровенные.

Киваю, делая глоток из вина.

Тихо. Так тихо и спокойно на душе.

Наши признания остаются с нами. Секреты, которые мы разделили друг с другом, заполняют пустые уголки в тех местах, где когда-то было больно. Так всегда происходит. Стоит поделиться чем-то личным, как образуется связь.

Не знаю, о чем он думает, но чувствую, что могу рассказать ему все. Могу заполнить те пустоты, что не получалось закрыть до него.

Этого достаточно для того, чтобы вот так сидеть посреди ночи на кухне и пить вино с человеком, которого едва знаешь.

– Как будет называться твой ресторан? – вдруг спрашиваю я.

– Не знаю. – просто пожимает он плечами.

Мои брови сходятся на переносице.

– Как это не знаешь?

– Это разве важно?

– Конечно. – протягиваю я. – У всего должно быть название.

– Не у всего. – тихо отвечает он, и его снова взгляд меняется, становится глубже. Словно и он испытывает тот же покой рядом со мной. Да, он прав, у того, что происходит сейчас на этой кухне, где-то в Риме, нет названия. Это нечто просто есть. Мы не знаем, что это, но оба чувствуем, что оно есть.

– Какая твоя любимая книга?

– Маленький принц.