Начало

В ее глазах цвета грозового неба то же самое, что и на смуглом лице Катрины, и в улыбке Бренды – «мы рядом».

Улыбаюсь им троим, надеясь, что хотя бы в этот раз выгляжу искренней.

Иона кивает в ответ, выпрямляется и возвращается к еде. Значит, у меня получилось изобразить эмоции. Хорошо. Пока этого должно быть достаточно.

Передо мной магическим образом возникает тарелка дымящегося супа и еще одна чашка чая. Повернув голову, замечаю Агнес на кухне. Она отдает распоряжения поварам, которых стало в разы меньше. Многие из работников покинули поместье сразу после похорон.

Остались лишь те немногие, кому некуда пойти, потому что здесь их дом. Остальные же не стали рисковать. Мы слишком близко к границе с Иным миром.

Из ниоткуда возникает Эрик и подливает Эвиве кофе. Она не обращает на него внимания, продолжая толкать омлет по тарелке. Он жив. Хорошо, что он жив, думаю я и чувствую слабое шевеление в груди. Почти неуловимое. Эмоция. Слабая, как легкий ветерок в лесу. Она появляется так же быстро, как и исчезает.

Затем снова пустота. Оглушающая. Необъятная как черная дыра. Утыкаюсь взглядом в тарелку.

Смогу ли заткнуть эту пустоту едой?

Вряд ли.

Смотрю на сестру, которая тоже почти ничего не ест, и это ее поникшее состояние кажется еще более неправильным, чем пустота в груди. Даже после смерти мамы Эви не была такой тихой.

– Агнес надерет мне зад, если ты не поешь, Эвива. – шепчу я ей. Она поднимает на меня удивленный взгляд. Затем переглядывается с девочками, и все четверо разражаются смехом.

Таким, что заставляет уголки моих губ дернуться вверх.

– Кто бы говорил. – отвечает Эви, откинувшись на спинку стула.

Расслабленно пожимаю плечами, очень реалистично. Беру ложку и зачерпываю горячую жидкость. Ком подкатывает к горлу вместе с привкусом желчи, но я все равно отправляю суп в рот. Даже глотаю. И тут замечаю, как Эви подавляет улыбку и повторяет за мной, медленно доедая омлет.

Отлично, хотя бы с этим я справилась.

Странное ощущение вспыхивает где-то в позвоночнике, и я оборачиваюсь.

Всматриваюсь в каменные стены, в широкие окна. Все еще идет дождь. Теплый свет под потолком согревает воздух. Но ничего особенного не замечаю. Странно. Такое чувство, будто бы кто-то наблюдает за нами. Может, в свете последних событий, я становлюсь параноиком?

– Значит, Триада, хм? – Бренда откидывается на спинку стула, выгнув светлую бровь, и подносит чашку чего-то горячего к губам.

– Ага, чтобы это не значило. – устало выдыхает Эви.