Сиреневый туман

Для меня быстро из очень мягкой кожи черного цвета пошили комбинезон и куртку, обувь тоже взяли, но лишь в сумки.

Надев свой наряд, я посмотрела в зеркало и поразилась:. раньше я никогда не носила штаны. О боги, какие же женщины глупые! Невероятно удобно, как свободно и легко передвигаться, когда вокруг тебя не болтаются юбки! Волосы матушка заплела в длинную косу. Комбинезон сидел, как влитой. Подчеркивал все мои изгибы и впадины. Прямо таки женщина-воин. Я улыбнулась своему отражению в зеркале. Пора.

Во дворе ожидали только меня, конюх уже вывел наших единорогов, матушка с отцом стояли рядом.

Отец давал какие-то указания Дену.

– Мама, как я тебе?

– Ты совершенна, – проговорила мама, а потом бросилась меня обнимать. – Доченька, будь аккуратна и внимательна, все мои мысли будут с тобой. Я буду молить всех Богов, какие есть, чтобы все было хорошо.

– Все будет хорошо, не переживай мы туда и обратно.

– Пусть Боги хранят вас. – мама крепко прижала меня к себе.

– Да, дочь моя, пусть Боги помогут вам.

Ваша миссия крайне важна для нашего княжества. Никогда бы не подумал, что моя дочь будет решать такие важные вопросы и проблемы государства. Я горжусь тобой, моя Александра, ты истинная Румилия!

Слёзы навернулись мне на глаза, и я бросилась в открытые объятия отца. Я наконец оправдала его надежды.

– Береги её, – обратился он к Дену, – Она частичка души моей. Самая лучшая драгоценность моей жизни. Если с ней что-нибудь случится, ответишь головой.

– Рад служить, о Великий князь!

– Как Икат? – спросила я.

– Не очень пока даже встать не может.

– Плохо, отправьте к нему еще знахарку Лику из деревни, что-то он мне совсем не нравится. Когда я вернусь хочу, чтоб мой жених был здоров. Ладно, надо отправляться. Помоги мне, Ден.

Ден подставил ладони, я погладила Баттерфляй и ласково ей зашептала:

– Нас ждут великие дела.

Баттерфляй фыркнула, явно соглашаясь, ну по крайней мере, мне хотелось так думать, а под ложечкой неприятно засосало опять. Надо что-то решать с этой единорогофобией.

Баттерфляй мотнула головой, ей не нравится, что я боюсь. Необходимо как-то с собой бороться. Я оперлась на руки Дена, и уверенно села: «Все хорошо, все хорошо» – говорила сама себе. Похлопала Баттерфляй по шее, нагнулась к её уху и зашептала:

– Знаю, ты думаешь, что мне страшно, но я не тебя боюсь, просто страшусь полётов, это что-то очень новое для меня. Но я справлюсь, все будет хорошо! – Баттерфляй фыркнула теперь довольно.