В ее сердце акварель

Подумаешь, выросла, подумаешь, самостоятельной стала, но мозги-то еще набекрень! А дальше вообще непонятно как пойдет: замуж захочет и совета доброго не услышит, а разве в восемнадцать лет хорошего мужчину от плохого отличишь?

– Недоступен, – через несколько секунд победно объявила Александра Петровна, многозначительно приподнимая правую бровь. – Хочу напомнить, что в пять часов тебя будет ждать машина…

– Я успею, – перебила Леся и совершенно спокойно направилась к двери.

– Ты куда?! – выдохнула Александра Петровна.

– Перетащу вещи, а потом отправлюсь в Утятино. Я быстро. Три раза туда, три раза обратно и на электричку. Вы, пожалуйста, напишите подробно, как добраться до станции… – Леся подхватила чемодан, выпрямилась и миролюбиво добавила: – Вы же сами сказали, что это недалеко от Москвы.

Александра Петровна возмущенно всплеснула руками, однако в ответ последовал лишь щелчок дверного замка.

– Упрямая, как… как… Дюков! – с чувством произнесла Александра Петровна и поразилась подобному сравнению.

Но спокойствие Лесе далось нелегко: и сердце сбилось с привычного ритма, и дрогнули коленки, и чемодан показался тяжелее штанги. Бегство – в данном случае это единственный способ превратить мечту в реальность (счет идет на минуты, не на часы).

Дверцы лифта закрылись, Леся прислонилась спиной к металлической стенке и склонила голову набок; она едет в будущее, и ничего страшного, что предстоит еще одно путешествие к дальнему родственнику. Душа и тело закалены Сергеем Сергеевичем, Антониной, дядей Андреем, тетей Машей, Кириллом Германовичем и другими.

Она – Олеся Сотникова, известная лягушка-путешественница. А спорить с Александрой Петровной нельзя: затянет в свой омут – не выберешься.

* * *

Хвала электричкам, вокзалам, горячему кофе в картонных стаканчиках, бутербродам, пирожкам, коротким юбкам, позволяющим насладиться стройными ножками, и долгожданным наличным. Глеб потянулся, зевнул во весь рот, благодарно похлопал банкомат «по плечу» и сунул деньги в задний карман джинсов.

Хорошо, когда не нужно усиленно вспоминать пин-код (потому что эти четыре цифры – год твоего рождения), когда в воздухе витает аромат свободы, кругом до боли знакомые грешники, а душа поет: «Тутс, тутс, тутс, пара-тутс, тутс, тутс». Не выдать ли чечетку прямо здесь, на вокзале?!

До Москвы он добрался, теперь можно и отдохнуть… Вот только спина ноет после ночи, проведенной на старой жесткой кровати. Глеб поморщился, улыбнулся мыслям и направился к выходу.