Авантюрные детективы от Музы

Когда мама смотрит таким взглядом – особым, пронизывающим до печёнок – это значит, что она очень недовольна и с ней лучше не спорить.

Впрочем, какую глупость я сделал? Влюбился в девушку, у которой двое детей? А разве такие недостойны любви? Самым противным было то, что Полина с большим удовольствием отдавалась этому альфонсу, принимая его за моего отца. Она обманывала не только меня, но и маму. Интересно, а если бы это было на самом деле? Как бы она смотрела ей в глаза, общаясь? Хотя…маму было трудно провести – у неё поразительная интуиция.

Она шла к нам улыбающаяся, но, когда увидела моих родителей, улыбка её стала какой-то неуверенной, по всему её виду было понятно – она не понимает, зачем мы приехали вместе.

Я кинул взгляд на Лилю – иногда я называю её так, с её, конечно, разрешения – она была абсолютно спокойна, даже улыбалась, причём достаточно приветливо. Я несколько опешил, но она, продолжая улыбаться, спросила у Полины прямо:

– Поля, скажи, это правда, что ты спала с моим мужем?

Отец тоже был спокоен, но, когда мама задала вопрос, он улыбнулся краешком губ.

Полина как-то смешалась, опешила – она не ожидала такого спокойствия от мамы при выяснении этого вопроса. Она не сразу взяла себя в руки, а потом произнесла, обращаясь к отцу:

– Саша, скажи ей… Ты же обещал…

– А что он тебе обещал, Полина?

Поля вздёрнула свою прелестную головку (ах, эти длинные душистые волосы, как я любил их гладить когда-то!) и вызывающе ответила:

– Он сказал, что разведётся с вами и женится на мне.

– Ну-ну – с усмешкой произнесла мама – а ещё?

– Что он сможет обеспечить мне тот уровень жизни, который я заслуживаю. Что я и мои дети ни в чём не будем нуждаться, что он сможет показать нам весь мир…

– Поля, а как же Игорь? Он ведь любит тебя…

Полина посмотрела на меня – её щёки алели, всё-таки какая-то капля совести в ней сохранилась.

– Игорёчек, прости меня. Ты хороший парень, но… Я люблю твоего отца.

Я покачал головой:

– Нет, Полина, ты любишь не отца. Ты любишь его деньги.

Она посмотрела на меня презрительно:

– Я должна подумать о себе и своих детях, понимаешь. О будущем.