Натурщица. Детектив

Жидяев подумал и сказал:

– Тут вы правы, Бет, но выбирать не приходится – других натурщиц на примете пока нет.

Он представил ей своих учеников, начав с девушки с необычайным именем Бет:

– Это Роберта, она рисует портреты и композиции кистью.

Девушка была молода и хороша собой. Длинные чёрные волосы, татуировки на оголённых плечах, чёрного цвета дорогая одежда. Кире пришло в голову, что эта самая Бет неравнодушна к готам, тем более, в макияже на её лице тоже преобладал чёрный цвет, включая помаду.

Молодой парнишка в очках и с мольбертом рисовал в основном портреты карандашом, звали его Павел, он был уже студентом, а в студию ходил для дополнительных занятий. Кира решила, что это и есть тот самый молодой человек из тусовки, на которой побывала Томка.

Ещё двое были братьями-близнецами – Вадим и Владимир, тоже студенты и тоже любители карандашной графики. Ничего выдающегося в их внешности и манере поведения не было, они были до такой степени погружены в искусство, что на Киру смотрели исключительно так, как смотрят на манекены в витринах магазинов.

И последний из компании был молодой человек с длинными волосами, тонкими чертами лица и худым телосложением. У него были удивительные глаза, какие-то дымчато-прозрачные, серого цвета, необычайно искрящиеся. Кира решила про себя, что этот парень с оригинальным именем Герман, пожалуй, из хорошей семьи, наверное, очень обеспеченной. Девушка никогда не видела столько брендовых вещей на одном человеке.

Перед художниками, в нескольких метрах от них, стояла софа старинного вида, такую Кира видела только в музее – обитая дорогим, блестящим материалом, вся изогнутая, с красивыми ножками и спинкой. Интересно, где Жидяев раздобыл подобное творение искусства?

Художник показал ей, как нужно расположиться на софе, а сверху небрежно уронил на неё кусок прозрачной ткани, которая, конечно же, была лишь для антуража, поскольку абсолютно не прикрывала прелести девушки.

Первые полчаса показались Кире мучительно долгими. Она краснела под взглядами мужчин – Жидяев тоже рисовал её, иногда отрываясь на то, чтобы пройтись и посмотреть на работы своих учеников, высказать замечания или всласть поругаться, если кто-то делал что-то неправильно.