Вредная привычка жить

У такой особы просто не может быть никаких поводов для подобной встречи с благоухающим Федором Семеновичем. Так что остается Селезнев…

Я вспомнила, как он побледнел, и добавила:

– Этот подарочек точно был для Валентина Петровича!

– Хорошо бы, если так, – сказала Солька, – но все это слишком туманно.

– Поверь моей женской интуиции.

– У тебя нет никакой интуиции, – просто оскорбила меня Солька.

– У меня интуиция просто железная, и попрошу ее не трогать своими цепкими ручонками!

– Девочки, не ссорьтесь, – взмолилась Альжбетта.

– Значит, так: мы вне подозрения. Я же сказала, что незнакома с умершим. Делаем вывод – Вера Павловна с ее Тусиком не потащили бы ради прихоти так далеко труп, меня постращать можно и здесь, мы все же милые и добрые соседи. Так что выходит, что все это – для Селезнева. Настаиваю на своей версии, возражения есть?

– Нет, я согласна, – сказала Солька.

– Я тоже, – всхлипнула Альжбетка.

Я была вполне удовлетворена. Я всегда права, и это не обсуждается.

– Только вот зачем это все, я пока не поняла, но нам надо все выяснить.

– Может, не надо, с глаз долой – из сердца вон? – сказала Альжбетка.

– Мне тоже кажется, что лучше не вмешиваться, – поддержала ее Солька.

– А мы и не станем, – сказала я, – мы просто будем более внимательными, чем обычно. Мы должны быть в курсе происходящего, чтобы в случае чего прикрыть Альжбетку.

В дверь позвонили, и Солька пошла открывать.

Мы с Альжбеткой автоматически напряглись.

– Это тетя Паша пироги принесла! – закричала Солька.

– Кушайте, девочки, – сказала наша добрая фея, – теплые еще, только из духовки.

– Эх, тетя Паша, что бы мы без вас делали! – сказала я, откусывая кусочек нежного теста.

– Ты на диете, – сказала Солька.

Я убила ее взглядом и взяла второй пирожок.

– Вот, собралась к сестре поехать на пару дней, – сказала тетя Паша, – а вы квитанцию новым жильцам отдайте.

– Что за квитанция? – спросила Солька.

– Так перепутали почтовые ящики и мне сунули, квартплату им выписали, надо, чтобы оплатили, вы уж передайте.

– Само собой, – сказала я, беря у тети Паши листочек.

Тетя Паша забрала тарелку и ушла, а я, обмахиваясь квитанцией – после пожирания теплых пирожков стало жарко, – размечталась:

– Понять бы это все…

Взгляд мой упал на ровненькие буковки, нашлепанные на квитанции.

Стрела пронеслась в моей голове и застряла где-то на развилке протекающих в коре больших полушарий мозговых процессов.