Вредная привычка жить

Меня попросили выйти, и я с этим спорить не стала. Федору Семеновичу в качестве моральной поддержки я была не нужна, а Любовь Григорьевна наверняка боялась, что я ляпну что-нибудь лишнее.

Стоило мне открыть дверь, как на меня просто налетел Селезнев.

– Что здесь происходит? – деловито спросил Валентин Петрович, и его взгляд упал на мой стол.

Сказать, что он побледнел, – это ничего не сказать. Понятное дело, кому понравится труп на столе у собственной секретарши! Эх, а я вчера так хорошо убралась на столе… Теперь наверняка он долго будет пахнуть елью и мертвыми ежиками.

Перед моим носом закрыли дверь, что позволило мне пристроить свое ухо поближе к замочной скважине. В коридоре толпился народ, но меня это не смущало.

– Вы кто? – представившись, спросил следователь.

– Селезнев Валентин Петрович, директор фирмы.

– Вы знаете этого человека?

– Нет, впервые вижу. Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?!

– Рядом с вашим кабинетом найден труп мужчины, – сказал Максим Леонидович, – пока больше ничего не происходит.

Я отошла от двери, и ко мне тут же подлетела Лариска:

– Что говорят?

– Говорят, что умерший был мужчиной.

– В каком смысле? – не поняла Лариска.

– В том смысле, что не женщиной. Как ты думаешь, может, нас отпустят пораньше домой? Мне очень надо.

Я представила себе вытянувшиеся лица Альжбетки и Сольки, и мне стало значительно лучше. Мне стало даже как-то приятно.

Учинив небольшой допросик, выписав паспортные данные и попросив пять кружек кофе, мне намекнули, чтобы я шла до дома и не путалась под ногами.

Большей радости я и представить не могла. Собрав пожитки, я бросилась к девчонкам. Альжбетка работает вечерами, так что она дома. Солька, Солька, надеюсь, ты уже отмучила молодое поколение и сидишь сейчас перед телевизором.

На лестнице я столкнулась с тетей Пашей.

– Чего бежишь, как ненормальная?

– Куча дел!

– Зайду к тебе, я пироги пеку.

Только сейчас я почувствовала аромат выпечки на лестничной клетке и поняла, как я голодна.

– Спасибо, тетечка Пашечка, – сказала я, – девчонки дома, не знаете?

– Дома, Солька только с работы пришла, сказала, что ты на диете и тебе пирогов нельзя.

– Не слушайте ее, тетя Паша, она умом тронулась, разве есть такая диета, чтобы ваших-то пирогов нельзя было? – спросила я, звеня ключами.

– Так и я ей сказала, что она что-то путает.

Я позвонила в дверь к Альжбетке и в дверь к Сольке, они высунули носы и посмотрели на меня.