Второй шанс для героя

Он мало кого знал в лицо, ибо появиться на встрече игроков так и не соизволил, но зато по голосу мог опознать практически любого. За все время игры он наловчился различать людей настолько точно, что по приветствию почти безошибочно мог угадать, кто появился. Были, конечно, и неудачные эпизоды, когда похожие тембры путались, но крайне редко.

– Доброго вечера, – поздоровался голос. Его обладатель носил плащ с капюшоном, скрывающим лицо ровно настолько, чтобы виден был лишь подбородок, зато самому незнакомцу, по-видимому, он не очень загораживал обзор.

 – Дон Мигель? Как вам наше милое захолустье?

От столь прямого вопроса Мигель опешил. В голове лихорадочно замелькали мысли одна страшнее другой: враги вычислили его, он раскрыт, сейчас повяжут, убьют, сдадут властям или инквизиции… Он чуть язык не проглотил от неожиданности и страха. Обладай он умением Элеоноры держать себя в руках, мог бы не сомневаться, что не выдал себя… но по части воспитания и манер их даже сравнивать не приходилось.

Собеседник почему-то молчал и медлил – очевидно, ждал ответной реакции. Мало-помалу паникерские мысли отходили на второй план, и вскоре Мигель начал осознавать, что враг если и существует, то лишь в его воображении, или, по крайней мере, где-то недосягаемо далеко. И все же осторожность не помешает…

– Вы, наверное, меня с кем-то путаете, любезный дон, – проворчал он, отворачиваясь, но незнакомец хмыкнул.

– Может, и пугаю, а может – это вы себя с кем-то путаете… Мне нужен господин Мальеда, а кто это, если не вы? Вас сложно было бы принять за кого-то другого…

Мигель молчал, чувствуя внутри неприятный холодок.

Этот тип слишком много знает и чересчур спокоен. О том, кто он такой, известно было лишь игрокам их любимой онлайн-заварушки, а здесь компьютерами даже не пахло. Одно из двух: или его пытаются на что-то развести, или это кто-то «свой». Но вот друг это или враг – уже загадка посложнее.

– Ну, коли вы настолько мне не доверяете, что даже смотреть в мою сторону не хотите, – произнес человек нарочито равнодушным тоном, – тогда, пожалуй, мне и впрямь здесь делать нечего… Но я в одно не могу поверить: неужто вам совсем ничего не интересно?

За плечом послышался легкий шорох: незнакомец пошевелился и, очевидно, снял капюшон или просто приподнял его.

Мигель осторожно скосил глаза: любопытство было сильнее других, более безопасных чувств.