По ступенькам декабря

К костюмчику живот накладной прилагался, но где он, понятия не имею! Мне бы он сейчас пригодился вместо подушки… А ты бороду надень, шапку и в бухгалтерию сходи, там тебе быстро Снегурочку подберут или какую-нибудь тетушку Метелицу. – Воробьев засмеялся и тут же осекся, по-прежнему томимый похмельем. – Не проходит башка, хоть ты тресни, – недовольно буркнул он.

Андрей для завершения образа надел бороду, шапку, украшенную не только мехом, но и блестками, точно ее припорошил снег, и удобно развалился в кресле. Костюм приятно пах гримом, театром, и расставаться с ним пока не хотелось.

Дверь распахнулась неожиданно резко, и на пороге появилась стройная девушка в узких джинсах и голубой рубашке свободного покроя, застегнутой на пару пуговиц и завязанной на талии узлом. Удивительные, длинные, медно-красные волосы, постриженные ступеньками, взбитые на макушке, сразу бросались в глаза и на секунду отвлекали от лица. Но лишь на секунду.

Рядом с ней стоял щуплый парень в черных брюках и бежевом свитере. Ровная челка и очки на носу делали его похожим на отличника, день и ночь грызущего гранит науки.

Девушка быстро зашла в кабинет, стрельнула взглядом в сторону Андрея и, не найдя ничего примечательного в его персоне, поздоровалась по очереди со всеми:

– Привет, папа. Здравствуй, Дедушка Мороз.

– Моя дочь – Алевтина Глебовна, – со вздохом представил Воробьев и добавил: – Ну, ты ее, наверное, помнишь…

– Добрый день, – произнес Андрей, вежливо поднимаясь с кресла.

После слов отца Алька проявила заинтересованность, сделала шаг к гостю и наклонила голову набок, он в ответ, желая облегчить опознание, опустил бороду.

Их встречи можно было пересчитать по пальцам – раз, два, три, четыре, пять. Они всегда виделись мельком и никогда не разговаривали друг с другом наедине, вдали от суеты. Она ему запомнилась светленькой девочкой, несущейся мимо с булкой в руках. Ей было пятнадцать, шестнадцать, семнадцать? Где та черта, тот год, когда обыкновенные девчонки вдруг становятся красивыми девушками? Кто бы знал… От прежней Алевтины Воробьевой остались только несколько заметных конопушек на переносице и зеленые глаза.

– Зубарев, – подсказал Глеб Сергеевич, и Алька кивнула, потеряв интерес. Нет, в данную минуту ей совершенно не до партнеров отца, она пришла по важному делу…

– Здравствуйте, – запоздало выдал «отличник», и внимание переключилось на него.