По ступенькам декабря

– Много ты понимаешь! Критик выискался! Чудеса – они всегда неспроста появляются, не на пустом месте произрастают, а через преграды, трудности, каверзы к солнцу тянутся… Не сбивай!

– Да мне-то что, – вновь взялся за шариковую ручку Снеговик.

– Далее… Несчастным станет тот, кто разобьет свой шар в гневе или по другой подобной причине. Специально то есть, – Дед Мороз поднял указательный палец вверх, подчеркивая важность момента. – А счастливым станет тот, у кого шар разобьется случайно… Разницу чувствуешь? – поинтересовался он на всякий случай.

– Чувствую, – подтвердил Снеговик. – И согласен: нечего наше добро зазря портить. Таскаешь на спине, таскаешь, а они поиграли и на следующий день забыли, или не понравилось и поломали…

– Это условие я для того добавил, чтобы волшебство получилось неожиданным, а то на радостях сразу бить начнут, – объяснил Дед Мороз. – Народ-то нетерпеливый, и, опять же, преграды требуются… – Он погладил бороду, поморщился. – И стишок какой-нибудь добавь, для атмосферы.

На прошлой неделе на утреннике в двадцать четвертом садике очень хорошее стихотворение читала девочка Полина, вот его и запиши, как положено – посередине, столбиком. Шары упакуй да подбрось в какой-нибудь магазин – на полку, подальше в уголок… Будет им волшебство… Ох, будет.

– А как упаковать? В отдельные коробки?

– Нет, клади в одну, пусть сами разбираются, сами делят, раз такие умные. – Дед Мороз поднялся, подошел к двери, взял посох, стукнул им по полу и коротко, но торжественно произнес: – Повелеваю!

Белая пыльца мельчайших снежинок, появившаяся из ниоткуда, закружилась, замерцала, затем вытянулась в тонкую волнистую ленту и полетела к Снеговику.

Остановившись над шарами, превратилась в золотистое облако, сверкнула напоследок, плавно опустилась на шары и исчезла.

Дед Мороз удовлетворенно кивнул, вновь прислонил посох к двери и радостно потер руки – настроение после исполнения задуманного явно улучшилось. Наколдовал-то хорошо, правильные снежинки получились: малюсенькие, но задиристые…

– Апчхи! – чихнул Снеговик и схватился за морковку, служившую ему верой и правдой много лет.

Да, а что здесь такого? У кого-то нос, а у кого-то морковка. – Апчхи!

– Будь здоров, – улыбнулся Дед Мороз. – И давай следующее письмо, то, что со снегирем.

Глава 1

Алька Воробьева и ее великая любовь

Дух противоречия – это сила! Можно бесконечно мечтать, строить планы, ставить цели и задачи, но так и не сдвинуться с места.