По ступенькам декабря

Действительно так сильно влюблена? И никакие преграды даже настроения не испортят? Или Алевтина Воробьева стойкий оловянный солдатик?

– Мы с тобой дома поговорим! – гаркнул Глеб Сергеевич, повернулся к менеджеру Косте и особым мягким голосом, как будто перед ним стоял пятилетний мальчик, произнес: – До свидания, молодой человек, идите и занимайтесь сбытом стирального порошка, а то продажи падают, а мне очень не хочется наказывать виновного…

Алька фыркнула, крутанулась и направилась к двери, «отличник» зашагал следом.

– Мне тоже пора, – сказал Андрей, поднимаясь. Скинув костюм Деда Мороза, он оставил его в кресле.

Но Воробьев, томимый новостью, не собирался отпускать друга, похмелье неожиданно отступило, но взамен образовалась проблема, забыть о которой не представлялось возможным.

– Я не понял… они поженятся? Я ее, кровиночку, растил, растил, а потом появился какой-то ботаник – и все? – Воробьев подался вперед и развел руками.

– Не обязательно, – ответил Андрей. – Они слишком разные.

– Выйдет! – воскликнул Глеб Сергеевич. – Еще как выйдет! Ты ее не знаешь! – Он вскочил, бросился к столу и схватил телефонную трубку. – Я сейчас узнаю фамилию этого женишка и вышвырну его на улицу! Будет знать, как на директорских дочек заглядываться! Размечтался! А я-то думаю, чего мне его физиономия знакома… А он со мной в день по три раза здоровается, если не по пять! Родственничек нашелся! – Возмущение Глеба Сергеевича неожиданно оборвалось, он швырнул трубку обратно, устало упал в кресло и взъерошил волосы.

Андрей подошел к шкафу, открыл дверцу, взял маленькую бутылку минералки, поставил ее перед Воробьевым, развернул стул и тоже сел.

– У тебя интересная дочь, – улыбнулся он.

– Ага! – вновь вспылил Глеб Сергеевич. – И я от этой интересности скоро на тот свет отправлюсь! Неуправляемая вообще. Цвет волос видел? Перекраситься отказывается наотрез, и повлиять на нее никто не может. Один воспитываю – вот и результат! Вся в мать!

– А мне кажется, она на тебя похожа.

– Ты что?!

– Похожа.

Алькину историю Андрей знал – без подробностей, но и этого было достаточно.