Оболтус для бизнес-леди

Может, отец специально послал к нему эту чопорную зануду, чтобы прилет с первых же минут показался безрадостным? Ну, если она психоаналитик… А психоаналитики укладывают своих пациентов на кушетки? Никита улыбнулся до ушей и вновь повернулся к окну. Нет, он не ляжет, пусть и не надеются.

– Оля, вы не хотите есть?

– Нет, – коротко ответила она, останавливаясь на светофоре.

– А я бы поел… борща, например. Вы часто едите борщ?

– Нет.

– А почему?

Оля на секунду повернула голову к Никите, пытаясь понять его настроение, и пожала плечами.

Она его перехитрила? Да. Перехитрила.

– Пристегнитесь, пожалуйста, – сказала она вместо ответа.

– Ах, да! Как я мог забыть! – нарочито эмоционально воскликнул он. – А вы, кстати, когда права получили?

– Давно.

– А можно на них взглянуть?

– Вы нервничаете, когда за рулем женщина?

– Нет, как видите, я даже не пристегнулся, доверив вам жизнь целиком и полностью.

– Тогда зачем вам мои права?

– Хочу посмотреть на фотографию, – он усмехнулся.

Оля поняла, что нервничает, – он сбивал ее с толку. То борщ, то фотография… Или он ее узнал? Поездка в аэропорт была форменным безумием. Егор! Во всем виноват Егор.

Еще она поняла, что Никита ее несколько разочаровал. Она надеялась встретить в аэропорту делового человека, одетого в костюм с идеально подобранным к рубашке галстуком. Конечно, особых надежд она не питала – младшего Замятина исправить, наверное, невозможно, но хотелось увидеть достойного соперника.

– Так как насчет фотографии? – напомнил Никита.

– Нет.

– Понял, не дурак, – легко бросил он и подумал: «Разговор двух идиотов». Он бы не цеплялся к ней, но не получалось; то ли старушенция в самолете завела, то ли Москва взволновала… – А кем вы работаете, Оля?

– А почему вас это интересует?

– А почему вы не отвечаете на мой вопрос?

– А с чего вы взяли, что я должна на него отвечать?

– Зануда.

– Разгильдяй.

– Что? – удивленно спросил он, вновь повернув голову.

Она сделала вид, будто не услышала вопроса, но сердце заколотилось, как ужаленное. Он назвал ее занудой. И Полина, и Катя всегда ей это говорят – она привыкла, но он на такой выпад не имел никакого права. Избалованный папочкин сынок! Да как он смеет! Он ее совершенно не знает! То есть знает, но недостаточно.

– Разгильдяй, – повторила она, глядя исключительно на дорогу.

– Ладно, извини за зануду, – весело сказал он, убирая со лба назад длинную челку.