Грымза с камелиями

Нашему удивлению не было границ. Еще недавно этот человек трепетно называл эти булыжники сокровищами... теперь же было похоже, что он интересуется совсем другим и камни для него не имеют никакого значения...

Выкинув почти все на пол, Арсений Захарович углубился в изучение старых потрепанных журналов.

– Простите, – начала Солька, – но разве это не то, что вы искали?

Она указала на кучу прозрачных коробочек с булыжниками разной величины.

– Нет, что вы, это просто камни, детские забавы, никому не нужная коллекция.

– Но вы же кричали – отдайте мне мои камни, – напомнила я.

– Ну да... не мешайте...

Осиков продолжал копаться в журналах, он листал их, тряс, рассматривал газетные вырезки и какие-то схемы, казалось, он не видит и не слышит нас. Из одного журнала выпала заляпанная карта. Осиков вскочил и заметался. Я убрала светильник с сейфа, и он смог расстелить карту.

– Вот! – воскликнул он, тыкая в какие-то леса и поля, – здесь мои камушки!

Мы переглянулись: надежда на то, что он умственно здоров, опять начала таять как дым.

Свернув карту, Осиков сказал:

– Я пошел, спасибо.

– Идите, – кивнула я.

Маленький мужчина зашагал в коридор, мы остались на балконе.

– Что-то мне это не нравится, – сказала Солька.

– Мне тоже, – прошипела Альжбетка.

Я промолчала: дверь квартиры была закрыта, а ключи лежали в моем кармане.

Осиков вернулся и с недоумением посмотрел на нас.

– Там закрыто, – сказал он.

– Я знаю.

– Так откройте, – пожал плечами Арсений Захарович.

– И куда вы пойдете? – спросила я, чувствуя, что на моем балконе хранилось нечто большее, чем горсть отбитых камней.

– В лес, по карте, – сообщил Осиков.

– Один? – вопрошала я. – А вы волков не боитесь?

Арсений Захарович вдруг побледнел.

– Вы же никому не скажете, что я здесь был? Так?

Я почувствовала, что затронула больную тему...

– Значит, эти камни, – я указала на пол, – не являлись пределом ваших мечтаний, значит, вас интересует кое-что другое?

– Вы можете нам довериться, – душевно пропела Солька, – мы и так уже знаем очень много, – добавила она уже другим тоном.

– Я предлагаю вам рассказать нам все. Вы как на это смотрите? – спросила я.

Арсений Захарович помедлил, вытер выступивший на лбу пот, тяжело вздохнул и сказал:

– Согласен, тем более, что мне одному, наверное, не справиться.