Чуть-чуть не считается!

Я бы на вашем месте выбрала абонемент, потому что наш массажист из вас сделает такую красавицу, что вам захочется другого мужа – покруче. Ну, как?

Глазки Валерии Викторовны забегали.

Леночка подалась вперед, будто надеялась подслушать мысли, копошащиеся в голове жены любимого.

Полина терпеливо ждала. Понятное дело – чудовищно сложный выбор.

– И еще плюс три посещения солярия, – добавила она, чтобы сократить процесс принятия решения.

– Да, спасибо, – выдохнула через минуту Валерия Викторовна, – я беру бесплатный абонемент и солярий, только вы обязательно сделайте из меня удивительную красавицу, лучше, чем она.

Когда за женщинами неведомого Павлика закрылась дверь и в ушах зазвенела тишина, Полина поставила локти на стол, обхватила голову руками и подвела итог:

– Это кошмар.

* * *

– Это кошмар, Макс. – Андрей качнулся на стуле и потянулся к солонке. Последнее время они часто обедают и ужинают в ресторане, вот только поводы для встреч огорчительные.

– Если б ты знал, как я тебе сочувствую.

Эх, я же говорил, что ты влип.

– Теперь я это и сам понимаю… а главное – выхода нет.

– Шурыгин – настоящий жук и сволочь, нашел кому дочурку пристроить и рад! Хорошо ее в газетенке пропесочили: и избалованная, и неадекватная, и эгоистка. На, кстати, посмотри, – Макс вынул из портфеля журнал и положил перед другом. – И чего теперь делать? Непонятно… – Он окунул ложку в суп и хмыкнул.

Андрей взял журнал и уставился на обложку. Сверху название, слева столбиком перечень особо интересных статей.

Названия многообещающие: «А ну-ка, девушки!», «Горячий экспресс», «Мечта байкера» и тому подобное. А все остальное пространство занимает… аппетитная загорелая попка в тонких купальных трусиках.

– Это что?

– «Лучшая попка сезона». Ну, помнишь, писали, она конкурс выиграла…

– Так это ее?

– Ага, – Макс кивнул, вытянул руки над тарелкой и очертил в воздухе контуры, – отличная такая задни…

– Заткнись! – обрезал Андрей и вновь посмотрел на обложку журнала.

Здравствуй, будущая жена, а ты действительно ничего… не слишком объемная… м-м-м… не слишком плоская…

– Думаешь, ты за полгода управишься?

Вопрос хороший, и прошедшей ночью он значился в списке важных. А поразмышлять пришлось о многом (после того как гнев на Шурыгина вскипел и убежал через край).

О женитьбе Андрей обычно думал в контексте: «Ну, да, когда-нибудь… когда-нибудь, ну, да» – это «когда-нибудь» было так далеко, что и не видать.