Хроники Хорнэльда. Дар силы

И потом… вспомни, как вы сами изумились отношению окружающих? Ответственности? А можешь себе представить, каково быть сыном консула, к тому же единственным?

Повисла пауза. Эрик молча тянул пиво, а Алексей пытался «пе-реварить» услышанное. Только сейчас до него начало доходить, чем

другу пришлось пожертвовать. По сути, раньше он даже не задумывался, почему они практически ничего не знают о том, что он на самом деле думает. Он был со всеми приветлив, не унывал даже в самых сложных ситуациях, еще реже – сердился, всегда принимал

верные решения и сохранял трезвость рассудка, когда все вокруг

сходили с ума.

При этом не был ни снобом, ни излишним педан-том. О его чувствах к Джулии вообще никому и ничего не было известно. Но он никогда не стал бы ссориться с друзьями и уж точно

не стал бы влиять на мнение девушки. А что у него такие метания

между чувствами и долгом – почти никто не догадывался. Яснее ясного всплыла в памяти картинка из дальнего прошлого. Они тогда

собирались улетать с Земли.

Алексей хорошо запомнил выражение

глаз друга и его интонацию: «Они посмели напасть на планету. Мою

планету. Разрушить то, что мы создали!» И голос у него тогда был

чужой и страшный. Алексей в тот момент решил, что это от нервов, но причина была в другом.

– Потом появились вы, – продолжал Эрик изменившимся голосом, – это был как лучик надежды… с одной стороны. С другой стороны, мне приходилось каждый раз думать, как судьба повернется

от каждого вашего слова и поступка или того, что я вам открою.

– Да ладно тебе! – попытался подбодрить его Алексей. – Ты

всегда умел находить компромисс. И ты почти ни разу не ошибся – иначе мы не выжили бы! И потом… ты ж нам не врал – просто

не всё говорил. А если бы рассказал всё сразу, мы бы не поняли.

Если до сих пор не всегда понимаем…

«Теперь ясно, почему случилась вся эта шумиха на Белом

холме!» – подумал он, искренне надеясь, что друг его мысль не ус-лышит.

Им с Джулией и правда повезло. Эрик, как и они, родился на Земле, но на Толос прибыл совсем маленьким: то ли семь

55

Юлия Каштанова

лет ему было, то ли вообще пять. Ему пришлось ухнуть с головой

не просто в совершенно другой мир, ничем не похожий на его

родной, да еще и без возможности вернуться. Опереться было

не на кого, к тому же, пришлось примерить на себя роль, в которой сам Алексей не рискнул бы себя попробовать даже пару недель.