Хроники Хорнэльда. Увидимся в космосе!

А потом они вместе с Джозефом, не сговариваясь, произнесли хором:

– Это пора прекращать.

В обычной ситуации такие фразы в один голос вызывали смех, но только не сейчас. Хранительница и бывший бейта обменялись

напряженно-отчаянными взглядами, после чего Джозеф надавил

на кнопку вызова по связи и быстро заговорил на родном языке, причем на том диалекте, что девушка не знала. Мирз повернулся

к камере, и Джулия ужаснулась его виду: это было даже не лицо

безумца – его вообще с трудом можно было назвать человеческим.

Братья заспорили. Мирз брызгал слюной и орал, Джозеф говорил холодно и резко. Перепалка продолжалась несколько минут, и ни один не желал уступать другому. Джулия прикрыла глаза

и про себя молилась всем высшим силам, о которых знала… Единственное слово, которое удалось разобрать, было ее имя. Девушка

встрепенулась, взяла себя в руки и, надавив на кнопку активации

связи, разразилась потоком брани и упреков. Неизвестно, какой

именно аргумент сумел поколебать уверенность главаря и переубедить его, но тот внезапно замолчал, что-то буркнул, а потом

отдал приказ своим людям.

не было.

– Что с ними будет? – пробормотала Джулия, с трудом переводя

дух. – Мы же не сектанты! Мы не воюем с детьми!

Джозеф с шумом выдохнул и, уронив голову в ладони, некоторое время молчал. Когда он взглянул на девушку спустя несколько

минут, его взгляд был совершенно пустым и страшным.

видишь, во что превратился мой брат?» – казалось, его мысли были

настолько очевидными, что можно было бы их прочитать, не поль-зуясь даром.

– Я что-нибудь придумаю, – произнес бывший бейта отрешен-ным, «неживым» голосом.

Джулия не стала благодарить его, но в тот момент особенно

четко поняла, что за этого человека она, пожалуй, будет бороться.

Он – кто угодно, только не бандит и не террорист. А еще она была

твердо убеждена, что нужно как можно скорее покончить со всем

этим адом, и не потому что у нее вот-вот сдадут нервы.

86

Увидимся в космосе!

Джулия сидела в своей квартирке и нервно тянула барберрийскую настойку, глоток за глотком. Сегодняшних развлечений ей

хватило с лихвой. Нога уже не болела, хотя ходить было еще тяже-ловато, а синяки и ссадины ее давно не беспокоили. Девушке не хотелось никого видеть; даже Джозеф, уловив ее настроение, оставил

знакомую в покое.