Хроники Хорнэльда. Мир за Пределом

– Лорды и леди, – торжественно провозгласил он, – вот настоящий наследник и по праву рождения – лорд Лейвидар!

Среди присутствующих пронесся еще более громкий удивленный вздох, Лайтон тихо хмыкнул, Джулия усмехнулась, а Ле Дайм

удовлетворенно кивнул.

– Отец, ты с ума сошел! – Лерит отступил на шаг, так что уперся

спиной в плотно окруживших их людей. – Ты не узнаёшь меня?

Какой я лорд? Я – твой сын!

Мужчина в ответ лишь улыбнулся немного грустно.

– Я был бы счастлив иметь такого сына, как ты, Лерит, но –

на радость или беду – я всего лишь твой воспитатель.

отец, повелел мне заботиться о тебе, любой ценой спасти и вырас-тить, чтобы в свое время ты вернулся и занял подобающее место, как гласило пророчество. Тем более, – он вздохнул и добавил едва

слышно: – ты – последний из рода Лейвидар. Твоего брата мы больше живым не увидим…

Наступила тишина. Лерит озирался в поисках поддержки, Винтл хмурился, остальные молчали и не шевелились.

неправильно, если прочие лорды откажутся его признать. Винтл

Сейнел взглянул на своего старого друга Биммиса, на Храни-85

Юлия Каштанова

телей, а потом выступил вперед и, приблизившись к Лериту, коснулся правой рукой лба, затем – сердца, и наконец возложил обе

руки ему на плечи. Это старинное арольдское приветствие равно

прижилось в Випленде, как и в Сенленде.

– Лерит Лейвидар, приветствую тебя от лица Сейнела и совета

Лорн-Динта! – произнес он с ободряющей улыбкой и добавил: – Я рад, что именно тебе досталась мантия, потому что тебе она – по плечу.

Он взял лазурный символ власти в руки, но не торопился передать его законному владельцу: мало было признания его лично, требовалось одобрение других членов совета – хотя бы присутствующих. Прошло еще с полминуты, и лорд Биммиса махнул рукой, засмеялся и тоже вышел вперед.

– Я тоже рад приветствовать тебя, Лейвидар, – произнес он, по-вторив жест Винтла. – Насколько я успел узнать, ты вождь не только по крови, но и по духу. Народ тебя любит, а ты знаешь, как помочь ему и защитить.

– Ты достойный наследник, и я рад видеть тебя среди нас, –

поддержал Ле Дайм. – Ты, наверное, мог бы отказаться… но ты

не из тех, кто бросает людей, что в тебя верят. И едва ли есть кто-то

достойнее и мудрее.