Седьмой кувырок

– Зачем ты так? – укоризненно покачала головой немолодая беременная, сидящая второй в очереди. – Я пропущу вас, мне некуда торопиться. Садитесь вместо меня, я постою.

– Спасибо… – Женщина выдавила из себя подобие улыбки, больше похожей на гримасу. Она присела на скамью и не смогла сдержать стон от накатившей новой волны боли.

– Кто следующий?

Дверь кабинета отворилась, выпуская отёкшую полную пациентку, и врач привычным взглядом окинула очередь.

– Вы новенькая? – обеспокоенно обратилась она к Женщине, заметив, как та морщится.

– Вчера поступила. У меня срок послезавтра, – пояснила будущая мама.

– Проходите! – приказала гинеколог.

– Эй, в чём дело? Тут очередь! – загалдели женщины, а тёмненькая жующая от возмущения даже поперхнулась и закашлялась.

– Не видите, схватки у неё! – врач помогла Женщине встать и завела в кабинет.

Лёжа на кушетке с мечтательным видом, Женщина пребывала в эйфории: скоро свершится то, чего она так долго ждала, и её мальчик окажется рядом! Любопытно, какой он… Говорили, вес предположительно около четырёх с половиной килограммов.

– Ой!.. – очередная схватка скрутила низ живота, и мысли побежали в другом направлении.

Она только вчера заселилась в палату, где познакомилась с чудесной девушкой Оксаной, ожидающей девочку. К сожалению, ей так и не удалось попробовать сырокопчёную колбаску, которую, пряча от неловкости глаза, передал ей Степан. Молодой человек тепло относился к любовнице и даже сочувствовал, понимая, как тяжко придётся в одиночку поднимать ребёнка.

– Переводим в родовое отделение, открытие на два пальца! – вынесла вердикт врач.

– Как?! – ахнула Женщина. Неужели колбаска останется не у дел? Она читала, что после родов ничего подобного кушать будет уже нельзя.

– Вот так. Поднимайся на второй этаж, там тебя ждут.

– А как же мои вещи?.. – жалобно пропищала роженица.

– Их перенесут в послеродовую палату, – объяснила врач. По её подсчётам, Женщина должна была разрешиться от бремени ближе к полуночи, как раз в её дежурство. Так что возможности отдохнуть не предвиделось. Однако привычного раздражения врач не испытала: уж больно печальный и потерянный вид имела пациентка.