Танцующие на каблуках

Где каждое утро проверка на прочность, где помойкой, именуемой кофе, запиваешь горсть антибиотиков и молишься, чтобы распухший укус не загнил.

В палаточном городке, оснащенном по стандартам американских военных, но с размахом и щедростью русских бизнесменов. Эргономичном обиталище, с пластиковыми складными туалетами и душевыми, с освещением, питающемся солнечным светом и водоснабжающей системой, пополняющей запасы из воздуха.

А последний год Лекс провел в бревенчатой, заваленной землей и прошлогодней палой листвой землянке с окнами, наполовину вросшими в землю.

Единственной его, не бесполезной бытовой заботой было, чтобы грязь во время дождя не затопила его лежанку.

В общем, сейчас он хотел простора, высоты и комфорта каждой клеточкой своего тела. Он намеревался разбудить в себе сибарита, запрятанного под влиянием обстоятельств глубоко внутрь.

Риелтор сразу учуял в Лексе платежеспособного клиента, поэтому на него посыпались самые интересные варианты. Да, стоило признать профессионализм конторы и лично специалиста Сергея.

Предложенные варианты предвосхищали пожелания Лекса. Сергей будто в хрустальный шар глядел.

В той квартире, которую мужчина собирался посмотреть первой, его сразу зацепил этаж и высота окон. Лекс признал квартиру своей. Оставалось познакомиться.

– Немного необычный вариант: небольшая студия в элитке, пентхаус с панорамными окнами. Площадь всего пятьдесят метров. Квартира получилась перепланировкой соседней – трех из одной.

Но зато: закрытый двор, консьерж, подземная парковка, все плюсы элитного жилого комплекса за приемлемую цену, плюс вид из панорамных окон, – речитативом произнес риелтор в аудиосообщении, комментируя фото.

Цена отнюдь не была приемлемой. За панорамность и вид накинули прилично, но Лекс ее хотел. И он мог ее себе позволить. Карточка жгла карман и в ценах, даже по ценам миллионника он мог позволить себе практически все.

– Если она не потребует ремонта и сразу можно будет въехать, другие даже смотреть не стану, – решил мужчина.

Лекс вглядывался в проплывающую мимо картину, желая щемящего чувства ностальгии. Силился узнать улицы и дома. Памятники, хотя бы массивные скульптуры должны остаться на тех же местах, они десятилетиями или даже столетиями не покидают своих пьедесталов. Но мозг фиксировал мало совпадений, смутных, размытых.

– Наверное, район новый, – решил Лекс, сдерживая разочарование.