Колонизация Нонтеррума. Тьма

 – Повлияй на него…

– О, нет-нет! – Тим замотал головой, затем откинулся на спинку кресла и провёл рукой по волосам. Уголки губ нервно дёрнулись. – Вы за этим мне позвонили? Вы же знаете, что он не станет меня слушать.

– Чего ты боишься? – спросил Бэк. – Он же не разжалует тебя…

– С чего мне вдруг его бояться? – усмехнулся Тим и спрятал дрожащие руки под стол. – Просто что я ещё могу сказать?

– Кого ему слушать, как не своего сына? – возмутился Бэк.

– Да он послушает кого угодно, только не меня.

Тим занервничал и по привычке принялся тереть левый глаз, пока не появились золотистые мушки, и только тогда убрал руку от лица.

– Ты ведь хочешь править после него, так? – Бэк наклонился к экрану. – Это твой шанс. Тебе нужно отстоять своё мнение перед отцом на глазах у остальных управляющих. И, если Корди с геологами окажутся правы, а они правы, то ты заработаешь авторитет.

Тим нахмурился. Скрестил похолодевшие руки на груди и крепко сжал кулаки. Дрожь прошла, но сердце учащённо билось, и щёки горели.

– Тебе ведь отец обещал передать правление, – продолжил Бэк, и Тим понимал, что друг всегда мотивировал его, даже если приходилось давить на больное место, только из лучших побуждений. – Что-то он не торопится, правда?

Тим помедлил.

– Через пару часов у нас очередное собрание. Я поговорю с ним, – обречённо сказал он после паузы, вздохнул и завершил вызов.

Всплыли воспоминания пятнадцатилетней давности.

Тим сидел в углу кабины управления Монарха, пристёгнутый к детскому креслу.

Тим в нетерпении вытянулся, поёрзал, стараясь посмотреть в иллюминатор, но не достал до него, и всё, что увидел – чистое небо. Вскоре отец отстегнул его, посадил на плечи и развернулся к выходу. Тим хотел оглянуться на иллюминатор, но побоялся упасть.

– Потерпи ещё одну минуту! – усмехнулся отец.

Открылись центральные двери, и Тим с отцом первыми из команды спустились на планету.

Высокая изумрудная трава стелилась по равнине, которую окружали густые леса. Деревья раскидистыми кронами тянулись к безоблачному небу, а неподалёку плескались чистые волны синего океана. Белые завитки разглаживали пляж и исчезали на светло-розовом песке.

Отец спустил Тима, и он провёл рукой по траве, пахнущей терпко, но свежо, и её острые кончики пощекотали ладонь.