Почти как мы

 – Смотрю, с гостинцами. Ну, проходи, дверь прикрой, не студи тут.

Получив ветхое полотенце и кусок хозяйственного мыла, Влада быстренько захлопнула дверь ванной, пока бабуля не передумала – за ней всякое водилось. Что поделаешь – возраст… Да и война! Поежившись под горячими струями, удовольствия от которых не могла испортить даже облупившаяся старая ванна, Влада с наслаждением растерлась полотенцем. Старенькое запотевшее зеркало отражало стройное молодое тело с гривкой мокрых темных волос. «А я ничего, очень даже ничего», – подумала Влада.

Поклонников у нее всегда хватало, но пристроиться хотелось в надежные руки, за крепкую и уверенную спину человека с деньгами или хотя бы перспективами. А там уж Влада бы не оплошала – веселый нрав, бытовая изобретательность и пылкость в постели компенсировали бы пролетарское происхождение.

Самые большие надежды сейчас Влада возлагала на Питера, и все вроде бы складывалось неплохо, но этот его дурацкий протест… А сколько уже вложено, сколько сил потрачено, да и нравился он ей… Постаравшись отогнать невеселые мысли, Влада завернулась в старенький бабулин халат и вышла.

Как и положено после ванной, сели пить чай. Чашки были разномастными, кое-где со сколами. В комнате на пожелтевших обоях висели фронтовые фотографии вперемежку с вырезками из религиозных календарей. Все здесь напоминало Владе о детстве, не таком простом и безоблачном, как хотелось бы, но это было ее детство, и в душе потихоньку разливался уют. Бабуля не дала расслабиться:

– Работу нашла? Или опять ковыряешься? Все вам, молодым, под врезку не хочется! А иначе-то как? Где опыт получишь, как команду удержишь? Да и, как ни крути, под ЕГО приглядом, – бабушка кинула взгляд на картонную икону, – все ходим.

Себе бабуля плеснула водки прямо в чайную чашку, выпила, закусила конфеткой. Взгляд ее мгновенно затуманился, и Влада приготовилась услышать привычную уже череду воспоминаний. И правда – старуха глянула на фронтовую фотографию, на которой была никакой, конечно, не старухой, а крепкой девушкой-летчицей с бровями вразлет и дерзким взглядом, и понеслось:

– Вот это было время! Единым строем, какие там ваши сорок, мы сотку подписывали – не хухры-мухры, диверсанты.

И такое единство на задании ощущаешь, аж по-пластунски в такт ползли. А дозаправка в воздухе? Это ж какую сцепку иметь надо! Тоже соточники… Да… Было время – и честь, и честность, и цель понятна – бить врага, Родину защищать.