Гарторикс. Перенос

Другая рука была поднята над головой: тонкое запястье обхватывал сплошной браслет наручника, пристегнутого к стальной скобе контейнера.

– Я ждала тебя, – Йенна слабо улыбнулась ему, звякнув наручником. – Но боялась, что ты не успеешь. Мне даже пришлось…

Она шевельнула пистолетом, и Дрейк проследил за ее взглядом. В углу контейнера лежала охапка полупрозрачных лепестков, из которых торчали тонкие бледные конечности.

– Где он? – собственный голос показался Дрейку настолько чужим, что он даже обернулся, ожидая увидеть того, кто говорил.

– Здесь, – Йенна пожала плечами. – Или очень далеко отсюда. Зависит от того, что тебе нужно.

Дрейк недоверчиво посмотрел на капсулу.

– Можешь открыть, – мягко сказала Йенна. – И выбрать.

Взявшись за гладкие ручки – они оказались неожиданно теплыми, – Дрейк с усилием поднял крышку капсулы. Внутри в синеватом неоновом свете лежал Роган.

Острые скулы, покрытые серебристой щетиной, слегка блестели. Видеть Рогана вблизи с плотно закрытыми глазами было так непривычно, что Дрейк не удержался и прикоснулся к мертвому лицу, ожидая, что прищуренный глаз откроется и испепелит его на месте.

– Это пульсометр, – сказала Йенна. – Остановка его пульса запечатала контейнер сразу после Переноса.

Дрейк отпустил Рогана и повернулся к ней. Йенна сжалась в комок, звякнув браслетом об стену.

– Не трогай! – быстро сказала она. – Мой пульсометр связан с системой самоуничтожения контейнера.

– Вы все должны были тут задохнуться, – медленно произнес Дрейк, чувствуя, как волосы у него на руках встают дыбом: Роган сделал из Йенны «кнопку смертника», чтобы не оставить картелям даже своего трупа.

– Это случилось бы гораздо быстрее, – Йенна кивнула, – но я хотела дать тебе время.

– Откуда ты знала, что я приду?

Йенна пожала плечами.

– Я всегда в тебя верила, – сказала она. – В отличие от Рогана. Я говорила ему, что ты слишком опасен для всяких игр. Еще до того, как он купил у тебя номер.

– Он его использовал? – спокойно спросил Дрейк.

Йенна улыбнулась так, словно он только что перевел ей тройные чаевые.

– Так вот почему ты всё это затеял, – произнесла она, глядя на него с восхищением.