Северное море

Зеленые глаза округлились от удивления, негодования и, возможно, абсурдности моих слов. Я снова съёжилась.

– Прости.

– Объясни все нормально и по порядку, – парень немного смягчился.

– Соседка рассказала деревенскую легенду об оборотне, которая жила раньше в твоем доме. Потом я узнала, что куда-то пропал мужчина, который жил там до тебя. Затем увидела, как ты тащил большой черный мешок, я подумала, вдруг там ребенок…

– Ребенок?! – он вновь перебил меня. – Я, может, и делал плохие вещи, но убить ребенка… ты серьезно?

– Но я… Я не знала, что думать.

– О мой бог, – вздохнул Юлий. – Я не убивал никаких детей. Никогда.

– Что было в мешке?

– Могу тебе показать. Хочешь? – он вскинул черные брови.

– В смысле, как?

– Вот так. Просто покажу, что в мешке. Убедишься, что там не ребенок. Пойдем?

– Нет, – твердо ответила я. – Я никуда не пойду. Просто скажи.

– И почему же? – Парень уже хотел подняться на ноги, но мой ответ его явно удивил.

– Потому что. Я не пойду, – несмотря на старания не выказывать страх, голос звучал неуверенно.

В следующее мгновение Юлий сделал резкий выпад вперед. Испугавшись внезапного действия, я дернулась назад, упав на локти, отставленные за спину. Он буквально навис надо мной, опираясь ладонями о землю с двух сторон от моего тела. Между нашими лицами оставалось сантиметров двадцать. Взгляд, направленный четко в мои глаза, казалось, пронизывал насквозь. Чувствовался запах сигарет.

– Хочешь сказать, – тихим, рычащим голосом начал он, – что все еще боишься меня?

Я не знала, что ответить ему, да и не могла. Горло будто сжалось.

– Ты думаешь, я бы не убил тебя, если бы хотел? – почти шепотом спросил Юлий, наклонившись еще ближе.

И отстранился. Также внезапно, как и приблизился. Поднявшись на ноги, парень протянул мне руку.

– Идём.

Проигнорировав его ладонь, я тоже встала и подняла свое полотенце. Пальцы дрожали.

– Если бы захотел, я убил бы тебя прям здесь, прямо сейчас, – невозмутимо произнес Юлий, и зашагал к выходу с плотины.

Мне стало жутко. Ослушаться его я не смогла. Просто не могла. Словно была под гипнозом. Почему-то этот странный парень имел власть надо мной. Может, дело было в страхе, может, в природном доминировании, может, в чем-то еще.