Мы же взрослые люди

Илья брил виски и носил хвостик на затылке. Касаться висков было приятно. Нина поцеловала Илью около уха и стала спускаться медленными поцелуями вдоль его шеи. Илья замер. Нина опускалась ниже, массируя спину и поясницу. Руки прокрались на переднюю часть туловища и, минуя живот, сползли в пах.

– Удивительно, – сказал Илья. Он остановил руку Нины и повернулся к ней. – Удивительно, что вселенная так отзывается. Так внимательна к моим запросам. – Илья оживлялся с каждым произнесенным словом. – Как только я понял, что надо бы проработать муладхару, вселенная тут же стремится это исполнить.

Значит, муладхару действительно пора проработать как следует.

Нина глядела на Илью обескураженно. Его решительный деловой тон сбил ее с толку.

– Ну, глупенькая, вспоминай! Муладхара – нижняя чакра, отвечает за связь с землей и духовный рост. Основа всех энергетических каналов, центр кундалини. – Илья стал пугающе оживлен. – Вот! Вот! Ответ же. Я прорабатываю муладхару – и у меня появляются дополнительные силы для духовного роста.

Мой гуруджи говорит, что для настоящего ретрита нужно быть заряженным. Да, конечно же, я иду к тебе, муладхара! Пойдем же, дорогая, скорее, примем наиболее удобные для этого позы. Лучше все делать не на стуле, а на плоской поверхности. И аккумулировать энергию вокруг именно этой чакры.

Илья вскочил со стула и направился в спальню, снимая на ходу одежду. Когда Нина подошла к кровати, Илья возлежал на ней абсолютно голый, возбужденный в плане настроения, но слишком вялый в области нужной чакры.

– Я жду тебя, light my fire! Поцелуй его, поработай руками. Важно, чтобы он завелся. Но до извержения не доводи. Нужно остановиться в самый последний момент, чтобы вся сила ушла не на простыню, а в чакру.

Нина ошалело взирала на тело мужа. То, что он все быстрее сходит с ума, стало очевидно. Округленный живот, покрытый негустыми кучеряшками, стройные, умопомрачительно белые ноги. Такой знакомый член и мошонка. Илья сделал возвратно-поступательное движение чреслами, выражавшее одновременно и призыв, и нетерпение, и какое-то озорство.

Нина пыталась собрать остатки своего сексуального настроения, но оно ускользало, как песок сквозь пальцы. Она медлила, но загадочно улыбалась. Подошла к кровати, сняла с себя платье, белье оставила, так она нравилась себе больше. Встала на четвереньки, выгнула спину. Представила себя девушкой в приват-комнате. Стриптизершей с расширенным перечнем услуг. Это, к счастью, ее немного возбудило.