Больше не хочу быть твоей

Утром мне пришлось взять себя в руки и сделать всё возможное, чтобы никто не понял, как мне плохо. Да ещё и этот страх. Минут двадцать собиралась с духом, чтобы выйти с квартиры.

На улице прохладно, но хоть дождя нет. Это радует. Я тепло одета, пальто длина которого доходит до колена, вязаное платье, практически такой же длины, объёмный тёплый шарф и полусапожки. Вдыхаю прохладный воздух. Решаю, что сегодня пройдусь пешком. Идти мне минут двадцать не быстрым шагом. До дома можно дойти двумя дорогами. Одна из которых проходит через парк.

Нет, я не вижу, я чувствую, что он идёт за мной следом. Шаг за шагом, шорох за шорохом. Смотрю по сторонам. Прохожих нет. Блин! Лучше бы взяла такси. Выбегаю на дорогу. Ну же, остановись! Отчаянно Машу рукой. Машины пролетают одна за другой. И чудо. Такси. Я запрыгиваю на заднее сидение. Говорю адрес, водитель кивает и трогается с места. Я пытаюсь восстановить дыхание, которое сбилось, но мне не хватает воздуха.

– С вами всё хорошо? Вы бледная.– интересуется водитель. Вижу его глаза в зеркале.

– Всё нормально. Спасибо. – пытаюсь сказать как можно убедительней.

– Я решил, что вас что-то напугало. – не отступает тот.

– Или кто-то.– вырывается у меня.

– Поздно, а вы ходите одна по малооживлённым улицам. Нельзя так! – водитель цокнул и качает головой.

– Да, вы правы. Даже не знаю, о чем я думала.

– Идиотов достаточно.

Я ничего не отвечаю, только понимающе киваю.

Когда водитель, наконец, замолкает, я могу обдумать то, что случилось. Может мне просто показалось? Может это стресс сыграл со мной злую шутку?

Водитель повернулся ко мне и улыбнулся

– Приехали.

– Спасибо. Возьмите.

Протягиваю деньги и настороженно выхожу с машины. На улице страх снова возвращается. Вышла я возле пекарни.

– Привет!

Я поднимаю взгляд и вижу его. Официанта.

– Ты? Ты что следишь за мной?-накидываюсь на него. Страха, как и не было. Я очень злая.

– Почему сразу слежу? Я здесь рядом живу. Совсем меня не знаешь и такое обо мне мнение. Ну спасибо, – по-мальчишески пробормотал он, надув губы. Злость сразу отступила.

– Так мы соседи. – уже более дружелюбно говорю я.