Наследники мира

– Я тоже рад тебя видеть, – отозвался я, раздумывая над тем, насколько уместно будет подойти и хотя бы обнять её, но времени на принятие таких решений мне не дали.

– Идём, у нас мало времени, – кивнув в сторону коридора за своей спиной, женщина развернулась и скрылась в темноте, вынудив нас поспешить за собой, ведь так мы вполне могли заблудиться в местном лабиринте замка. Коридор за аркой привёл нас к распахнутой деревянной двери и скрывающейся за ней винтовой лестнице, которая вела вниз.

– Объяснишь мне, что происходит? – нагнав Богиню войны, поинтересовался я, пытаясь прочитать настрой супруги на её лице, но сейчас оно превратилось в безэмоциональную маску, и у меня ничего не вышло.

– Кто-то из нас использует твоего короля, чтобы обойти договор и уничтожить мир раньше срока. Вот только если он преуспеет, то спасётся лишь он один, – прямо заявила Аиона, не став ничего от меня утаивать или темнить, а я чуть не споткнулся на ровном месте, но быстро выровнял шаг.

– Почему именно Риана? При чём здесь он? – непонимающе поинтересовался я и осёкся, понимая, как сильно дрожит мой голос. Очень надеясь, что это вызвано холодом подземелья, в которое мы сейчас усиленно спускались, а не страхом перед грозящим уничтожением мира, я невольно обернулся на Мидина, но парень молча следовал за мной, едва не наступая на пятки.

– Ты ведь знаешь его историю? – устало спросила супруга, а я кивнул, но она не увидела этого. – Риан не просто человек, Зел, он был создан при помощи магии Бога жизни, внутри тела женщины, ради одной-единственной цели – сдержать силу Бога тьмы, что была в ней заключена и грозилась вырваться на волю и нанести непоправимый ущерб. Только его тело способно на то, что случилось с Мидином, и вполне вероятно, случится с каждым из нас.

Собираясь прервать супругу, я невольно прикусил язык. История моего короля была известна лишь небольшому числу людей, и я был одним из них исключительно из-за неприятного случая в далёком прошлом. Вспоминать тот момент своей жизни не хотелось. Я поспешил отмахнуться от назойливых воспоминаний.

– Я ничего не понял, – честно признался я, а мы в это время закончили спуск и вошли в просторное, но сырое и тёмное помещение.