Наследники мира

– Действительно, на тебя оно не должно так реагировать, – улыбнулся я, но улыбка вышла кривая, а не как у неё. Рассмеявшись, вероятно, из-за выражения на моём лице, женщина откинулась головой на подушку, а сама перевернулась на спину. Вдруг в дверь снова постучали. От первого стука с самого утра я и проснулся, но не подал слугам никаких признаков пробуждения, что и было ошибкой.

– Милорд, вам нельзя опаздывать, – раздался мужской голос из-за двери, заставив меня закатить глаза от подобной настойчивости.

– Да проснулся я, проснулся, дайте минуту, – крикнул я, очень надеясь, что не разбудил этим тех, кому вставать не нужно.

– Какой настойчивый. Что такого важного вы будете обсуждать сегодня? – спросила Аиона, откидывая одеяло и спуская ноги на пол. Покосившись в её сторону, я с трудом подавил желание облизнуться из-за аппетитности форм обнажённого тела женщины. Вид со спины меня всегда особенно заводил. Так и захотелось обхватить талию Богини и затащить обратно под одеяло, но тогда я точно везде опоздаю.

– На самом деле ничего особенного, просто Велиант с дочерью должны были уже отбыть в Кленск на празднование совершеннолетия моего племянника. Из-за его отсутствия моё присутствие без опозданий обязательно, нельзя начинать собрание без обоих заместителей, – отвернувшись, я поспешил последовать примеру женщины и нехотя поднялся с кровати.

– А вы с Рианом почему не едете? Аластер и ваш родственник тоже, – удивилась Аиона, пока я неуклюже натягивал на себя одежду.

– Ну, Риан, – я запнулся, пытаясь вставить ногу в штанину и раздумывая, как бы правильнее высказаться про короля, – Риан стал менее общительным, чем был при последнем визите, и не очень хочет играть роль мебели в чужом замке. Что же насчёт меня, – я, наконец, справился со штанами и накинул рубашку на плечи, пуговицы застёгивать не стал. Аиона уже оказалась одета, как ей это удавалось – понятия не имею, видимо, использовала свои божественные штучки.

За прошедшие годы я успел понять одну вещь. Несмотря на грядущее уничтожение мира, Боги не стремились удариться во все тяжкие, и не разносили человечество в пух и прах, позволяя людям спокойно существовать оставшиеся годы, хоть и обладали достаточной силой поизмываться над нами всласть.