Война совести

– Правильно думаешь, – кивнул Дешин. – А фамилию знаешь?

– Михаил Хачидзе, – ответил Матвей.

Дешин пожевал губами:

– Не слышал.

– Он из Кутаиси, – вспомнил Матвей.

Они уже выехали за город. Справа и слева от дороги потянулись ровные заплатки свежевспаханных полей, замелькали одевшиеся в молодую листву рощи.

– А мы с Мартой только собрались отдохнуть, – вспомнил Матвей.

– На море? – зачем-то спросил Дешин.

– Ага, почти угадал, – улыбнулся Матвей. – Байкал называется…

– Чего это вы? – удивился полицейский.

 – Нашли место… Люди едут туда, где солнце и пальмы…

– Скучно и банально, – цокнул языком Матвей. – Да и насмотрелись мы с ней на эти прелести в Конго, – намекая на недавнюю работу в этой африканской стране, грустно усмехнулся Матвей. – У нас в России места лучше. А вся эта экзотика просто дань моде.

Дешин больше вопросов не задавал. Погруженный в свои мысли, Матвей не заметил, как доехал до поворота в поселок, и вскоре они остановились у высокого деревянного забора, за которым высилась двухэтажная гордость бывшей тещи Матвея.

Здесь, как выяснилось, их ждали. Калитка оказалась открытой. Едва Матвей ступил во двор, как в дверях коттеджа появилась теща.

– Где сын? – поднимаясь по ступенькам, сухо спросил он.

– Там! – Она с готовностью нашкодившего школьника выпрямила руку в сторону гостиной.

Матвей шагнул через порог.

– Папа! – Сережка сидел на руках Ирины и, тут же соскочив, бросился навстречу.

– Привет, малыш. – Матвей присел на корточки.

Сережка подбежал и обнял отца.

У Матвея защемило сердце. На одном из диванов сидел Мико. Осунувшееся лицо, бегающий взгляд… В общем, жалкий вид побитой собаки…

Матвей невольно вспомнил, как вел себя грузин при их первой встрече. Тогда даже пришлось немного поучить его уму-разуму, приложив об пол… Теща помешала довести дело до конца.

Матвей взял Сергея на руки, выпрямился, прошел к дивану и сел напротив Ирины.

Лицо бывшей жены было заплаканным. Некоторое время Матвей разглядывал ее, пытаясь понять, шевельнется ли в груди что-то при взгляде на некогда обожаемую женщину.

Нет, ничего. Только странная жалость. С кем связалась русская баба? На кого променяла его? С другой стороны, не уйди она, не встретил бы он Марту. Хотя, не встретил бы Марту, наверняка до сих пор был бы счастлив с Ириной. Парадокс.

– Это мой друг, Дешин Борис Геннадиевич. – Матвей показал взглядом на переминающегося с ноги на ногу в дверях полицейского: – Проходи, располагайся.