Чужая судьба

Запястья пылали огнём, но верёвка на них порвалась и упала на пол, а обгоревшая её часть осыпалась пеплом. Закрыв глаза, я вдыхала запах палёной шерсти и обожжённой кожи и сдерживала наворачивающиеся от боли слёзы. Вот же засада, кто ж знал, что будет так больно? Как-то я поздно сообразила, что пламя может обжечь запястья. Надо было придумать что-то другое, а не использовать столь травмирующие чары.

Дрожащими руками я стянула мешок и повязку, закрывавшую глаза, и в очередной раз взвыла, запрокинув голову и зажмурившись.

Каждое движение отдавалось дикой болью, заставляя стискивать зубы до скрежета. Вытянув руки вперёд, я попыталась рассмотреть кожу на повреждённых участках. В темноте помещения, где единственным источником света выступала небольшая щель между полом и дверью, ничего увидеть так и не получилось.

Отвлёкшись, я не услышала приближающиеся шаги и голоса, потому внезапно распахнувшаяся дверь стала сюрпризом.

Яркий свет из коридора ударил по глазам, заставив прикрыть их ладонью и снова поморщиться от боли.

Чья-то фигура показалась в проёме, загородив часть источника света и тем самым оказав мне помощь в привыкании. Несколько раз моргнув и окончательно вернув зрение, я уставилась на три мужских лица, смотревших на меня в ответ. Вот влипла, так влипла, ничего не скажешь.

– Ну вот, теперь она видела ещё и нас, – недовольно пробормотал один из мужчин, и по голосу я узнала того, кто постоянно ворчал.

– Вы не завязали ей глаза и не связали? – недоумённо поинтересовался кто-то из них.

– Завязали, – поспешил снова оправдаться ворчун.

Всмотревшись в незнакомцев, я в первую очередь обратила внимание на того, кто стоял за спинами товарищей: он был значительно больше их. Одна его рука выше локтя была примерно, как обе того парня, что постоянно ворчал. У здоровяка были короткие прямые волосы рыжего цвета, довольно редкие; большие светло-карие глаза и широкое круглое лицо. Учитывая комплекцию мужика, я предположила, что именно он и нёс меня всё это время.

Второй похититель стоял слева от двери и заглядывал в помещение только половиной лица, заняв безопасную для себя позицию, но я успела рассмотреть копну густых русых, почти каштановых волос и узкое овальное лицо с большим горбатым носом. Стоило ему понять, что на моих глазах нет повязки, и парень, а ему было явно не больше двадцати, сразу скрылся из виду. Он-то и высказывал негатив насчёт моего похищения, хороший человек, мне нравится.