Погоня за сокровищем

Они были уже близки к своей цели, когда послышались шаги, и их слуха коснулись голоса Лореля Мовильяра и Ланса. Марк сжал пальчики Тины и дернул ее к тяжелой портьере, за которой они и спрятались. Шаги вскоре удалились, и парочка нарушителей ночного покоя выбралась на свет, обмениваясь веселыми взглядами.

Молодой человек указал, куда им следует идти, Тина согласно кивнула. Марк так и не выпустил ее руки, пока они бежали ко второй лестнице, спускались к оранжерее, из которой имелся выход в сад. Мадемуазель Лоет с интересом оглядывалась – ничего этого она еще не видела.

– Она действительно черная? – шепотом спросила Тина.

– Нет, темно-фиолетовая с коричневой окантовкой, – также шепотом ответил Марк. – Это ночные бабочки, их привезли по заказу деда. Днем они спрячутся, и вы сможете увидеть других. Наш старикан сентиментален.

– Ого, – вполголоса воскликнула девушка, не ожидавшая такого от его сиятельства.

– Вот тебе и ого, – хмыкнул молодой человек, переходя на «ты», и слегка поддел согнутым пальцем кончик носа Тины.

Она фыркнула, смешно сморщила нос и остановилась рядом с кузеном у выхода из оранжереи. Марк отодвинул засов. Он кивнул, показывая, что проход открыт. Тина восторженно пискнула и первой выскочила на прохладный ночной воздух, жадно вдыхая его полной грудью.

– Как же хорошо, – выдохнула она и поспешила дальше, стремясь исключить возможность своей поимки раньше, чем нагуляется.

Он поравнялся с Тиной, скользнул по ее спине ладонью и ненадолго задержал ее на талии, смутив девушку, и она нахмурилась. Мадемуазель Лоет не нужен был провожатый и не хотелось, чтобы ее трогали.

– Ночью по саду бегают сторожевые псы, – пояснил свое сопровождение Марк. – Тебя они не знают, могут наброситься.

– Дьявол их задери, – досадливо проворчала мадемуазель Лоет.

Ее спутник негромко рассмеялся и повернул голову, рассматривая профиль Тины в скудном свете фонаря.

– И все же ты прелестна, маленькая дикарка, – улыбнулся он. – Чрезвычайно притягательная смесь внешней утонченности и внутренней страсти, сдобренной налетом грубости. Пикантная смесь.

Покосившись на молодого человека, Тина свернула к аллее, на которой слышался плеск фонтана.