Рим. Цена величия

 – И Калигула по-дружески приобнял ее за плечи. – Мы познакомились недавно, но успели выяснить, что у нас схожий нрав. Я и пригласил Силана в нашу компанию. Пусть набирается ума-разума.

Макрон, шумно дыша, шел рядом. Юния заметила, что он не отходит от нее ни на шаг. Вдруг она с ужасом уловила исходящий от ее волос запах духов и шепнула об этом Калигуле.

– Глупости, после объятий красотки от тебя может пахнуть чем угодно.

Они не могли и предположить, что Невий с первого взгляда раскусил этот трюк с переодеванием.

Его не на шутку взволновало присутствие невесты наследника, и он гадал, зачем Калигула взял ее с собой. Только ее неожиданное появление и заставило его принять участие в ночной вылазке, что немало удивило товарищей, знавших, как Макрон опасается огласки и публичных скандалов, к которым они привыкли.

Аппелес предложил наведаться к Ларе Варус, но все воспротивились. Задирая прохожих и проституток, компания пьяных растянулась на всю ширину викуса. По обыкновению, распахнулось окно, и оттуда вылился поток нечистот, едва не обрызгавших Луция.

Выругавшись, он отскочил в сторону, чуть не сбив с ног Аппелеса.

– Клянусь Гекатой, это уже слишком, – сказал актер. Он протянул свой факел Лицинию. – Кидай, Луций, пусть запомнят надолго свой проступок.

Горящий факел полетел на крышу. Сухое дерево моментально вспыхнуло, огонь в мгновение ока побежал во все стороны. Раздались крики, из дверей выскочили жители с кувшинами. Смельчаки полезли на крышу.

– Пора бежать, – произнес Макрон, – пока не появились вигилы.

Скандал будет громким, если нас кто-нибудь опознает.

Калигула потянул Юнию за собой в узкий викус. Кто-то сбил ее с ног, она упала, выпустив руку Гая. Улочка неожиданно заполнилась бегущими людьми.

– Вот они – поджигатели! Я сам видел, что они бросили факел на крышу. Держи их!

Прижавшись к стене, Юния вглядывалась в темноту. Издалека до нее донесся голос Калигулы, зовущий ее. Но преследователи остановились около ниши, где она затаилась, и она молчала, не откликаясь.

– Ты ошибся, Софрон, здесь нет никого, – услышала она голоса, – я видел бегущих совсем на другой стороне улицы.

– Это были солдаты! Кому охота с ними связываться!

– Пусть не думают, что можно безнаказанно обижать бедный люд. Мы должны проучить их! А вы трусы, неужели опять проглотите обиду?

Что-то мягкое пробежало по ногам девушки, обутым в кожаные сандалии. Сдержав крик, она все же пошевелилась, выдав свое убежище.